Ночь Огня

Холодный воздух пронзал легкие.

– Майкл! – завопил Кай.

Я услышал, как щелкнул замок на двери за мгновение до того, как дернул за ручку, открывая ее.

Рика сдвинула брови, уставившись на меня.

Но у меня не было времени объяснять. Схватив Рику за руку, я вытащил ее из салона, и мы оба помчались так быстро, как только могли, с учетом ее высоких каблуков. Я не хотел, чтобы она упала, уж точно не в ближайшие несколько месяцев.

Мы пробежали по причалу, и я втащил Рику на борт, усадил на сиденье и накинул свою куртку поверх той, что на ней уже была.

– Не вставай, – велел я.

Она кивнула.

– Вперед, вперед! – крикнул Дэймон Каю.

Кай прибавил газу, винты взбили воду позади нас, и я ухватился за спинку кресла Дэймона, держась за нее, пока мы выходили из гавани.

Холодный ветер взъерошил волосы, леденил рот, но я продолжал высматривать любые признаки присутствия детей или другой лодки.

Как им удалось захватить «Пифом»? И зачем?

Наверное, похитители планировали спрятать детей в открытом море на неопределенный срок.

Ветер обжигал кожу, пока мысли кружились в голове."

"Илья несколько раз за время работы у отца Дэймона бывал на «Пифоме», а Гэбриэл много раз торчал на яхте с моим отцом.

Илья наверняка помнил о лодке. И знал о нас достаточно, чтобы суметь получить к ней доступ.

Я понимал, что мне следовало бы продать эту хреновину. На яхте произошло слишком много дерьма, но вместо того чтобы избавиться от нее, я отправил ее на зиму на юг для ремонта.

Проклятье.

– Что, черт возьми, случилось в доме? – раздался голос Эмми. – А в машине? Ему вырвали глаз?

Я дернулся.

– Кому?..

Но вместо Эмми ответила Бэнкс:

– Машина, которую мы видели на камере, попала в аварию недалеко от Олд-Пойнт. Динеску сильно пострадал.

– Но тогда остается только Илья! – воскликнул Уилл, перекрикивая ветер. – Он не смог бы унести сразу и Тави, и Мэдса.

– Если он унес Октавию, то Мэдс сам бросился за ней, – заметил Кай.

Я взглянул на Рику.

– Просто найдите их! – умоляла Уинтер, ее лицо исказилось от боли, а глаза наполнились слезами. – Пожалуйста, найдите их.

Уинтер всегда пыталась скрыть свою слабость, я мог только вообразить, какой беспомощной она себя чувствовала.

Я развернулся и опустился перед ней на колено.

– Прекрати, – сказал я, касаясь ее руки. – Октавии нужно видеть, что ты не боишься.

Лодка подпрыгивала на воде, глаза слезились от порывов ветра.