Ночь самой дорогой любви

Рука к её лицу и опять же неосознанное движение. Отстранилась. Поняла и испуганно посмотрела на меня.

Протянул руку ладонью вверх, ожидая, что она вложит свои пальцы. Внутренняя борьба явственно отражалась на её лице. Когда лёд её рук коснулся моих, я прикрыл глаза, стараясь взять себя в руки и не сгрести её хрупкую фигуру в объятия. Что с тобой случилось, маленькая?

Потянул девочку в гостиную. Усадил на диван, заметив бутылку на полу. Поднял стекло и спрайт и пошел на кухню. Когда налил алкоголь в стакан и вернулся в комнату, понял, что Лика так и не сдвинулась с места.

Ни на миллиметр. Но её била дрожь. Замерзла? Вряд ли."

"Огромный пушистый махровый халат, висевший в ванной, был сухим и пах Ликой. Накинул ей на плечи и запахнул на талии. Стакан в руке немного мешал, но малышка вцепилась в него мертвой хваткой, не стал забирать.

Лика поднесла пойло ко рту и, зажмурившись, махнула половину. Её передернуло, но малышка стойко сдержала отвращение.

Просидев с полупустым стаканом около пяти минут, она повторила манипуляцию и снова поморщилась.

Молчание затягивалось. Я не хотел давить. Поэтому ждал.

Забрал пустую тару и поставил на пол. Руки снова ледяные. Надо её согреть. Попытался обнять, но она напряглась.

— Лика.

Настойчивый взгляд в глаза, и она снова отвела.

— Мне надо в душ.

Удивился слабости её голоса, но был рад, что заговорила.

Взял кошку за руку и повел в ванную. Она не сопротивлялась, держала мою руку и покорно шла следом. Открыл и настроил воду, повернулся в девочке.

Лика продолжала стоять, глядя на бежевый кафель. Не раздевалась. Стянул халат с плеч и замешкался. Платье обтягивало её тело и мне захотелось присоединиться к ней под теплыми струями тропического душа. Но затравленный взгляд говорил, что маленькая не оценит такой расклад.

Она снова находилась не здесь. Глаза затуманены, руки опущены вдоль туловища, плечи напряжены.

Потянулся к её платью и едва коснулся кожи бедра, как руки мгновенно взвились и оттолкнули меня.

— Нет! — она почти выкрикнула эту фразу, отчего мы оба вздрогнули. Она тяжело дышала, в глазах бешеный страх.

— Лика, какого хуя? Может уже расска… — Я заговорил, но замер, осознав одну вещь. У Арины дома лика была в этом же платье и под тонкой тканью чуть заметно выделялись стринги. Но сейчас она была без них. Без. Них.

Вероятно мой вид натолкнул девушку на определённые мысли, когда я развернулся, чтобы пойти и набить морду тому, кто сделал это с ней.