Ночь со зверем

Я скосила на нее взгляд, неуверенно кивая:

Мы прошли с ней за стойку раздачи под мрачные взгляды мужчин и оказались в чистенькой комнате с белыми стенами и небольшим балкончиком — святая святых. Я огляделась и сжалась, обнимая себя руками:

— Садись на балконе — сегодня прелесть как пахнет соснами, а я быстро приготовлю.

— Ру, — оглянулась я, — а тебе точно за это ничего не будет?

— Да чем меня тут еще можно напугать? — горько усмехнулась она. — Садись, садись.

Я прошла на балкон и опустилась на пластиковый стул.

Действительно, пахло тут так, что в груди сперло. А я даже не обращала внимания, что вокруг так красиво и… Горло снова сдавило, будто ошейником, и я еле проглотила ком, ставший поперек.

Ру принесла кофе, но не такой, что выплевывала кофе-машина, а настоящий, сваренный по всем правилам. Его вкус чем-то напомнил тот, что делала мама.

— Спасибо, — просипела я.

— Девочка, — она протянула сухую ладонь ко мне и погладила по голове.

— Не надо, прости, — и зажмурилась, — а то снова начну реветь…

— У меня, — вдруг прошептала она, склоняясь ниже, — есть возможность тебя вытащить…

Сердце забилось в груди пичугой, и я замерла с прямой спиной, боясь моргнуть.

А Ру тихо продолжала:

— Завтра приедет машина с продуктами. Обратно поедут вечером. Я спрячу тебя в пустой коробке…

И она отвернулась и ушла с балкона, громко причитая, что мясо, кажется, подгорает. А я автоматически поднесла чашку к губам и тут же обожглась, одергивая руки. Во рту пересохло от волнения. Стало страшно — а как же Ру? Я ведь уже знаю, на что способны эти ублюдки…

— …Ну вот, деточка, — вернулась женщина с подносом.

На широкой тарелке лежал сочный стейк, присыпанный молодой мелко рубленой зеленью. — Свеженькое. Набирайся сил, они тебе понадобятся.

Я машинально взяла у нее тарелку, тревожно глядя в лицо женщине. Зачем она это делает?

— Можешь. Я даже обсуждать это не хочу, — сурово заявила она. — Ешь давай!

От слов Ру стало страшно. А если не выйдет? И… мне нужно было как-то пережить еще одну ночь…

Приказ ударил по нервам кувалдой.

Но провокаций на первый взгляд больше не планировалось — за мной пришел серьезный конвой. Руки скрутили уже вполне надежные наручники — впору было взвыть от боли, но я только стиснул зубы. В затылок уперлось холодное дуло пистолета, и меня повели по коридору в новой части здания.

Создавалось впечатление, что здесь планировалось содержать больше таких, как я. Но то ли они уже все отправились в мир иной, то ли их так и насобирали.