Ночная

 — Мы уже решили… в Нищем квартале сказали, тебя ранил нахцерер… епископ Арман лично пел тебе заупокойную!

Надо полагать, молитву пели только для Раинера. А то, что я пропала вместе с ним, было отличным поводом вздохнуть с облегчением.

Что ж, кажется, в моем возвращении есть свои плюсы. По крайней мере, я смогу лично взглянуть в глаза епископу. И даже настоятелю!

- Долгая история, — вздохнул Раинер. — Бланш знала человека, который смог вылечить мою руку. Но не сразу.

Камиль открыл было рот… и тут же закрыл, перехватив предостерегающий взгляд своего десятника.

- Лучше расскажи, что тут творилось, пока меня не было, — нарочито беспечно попросил Раинер, хлопнув дружинника по плечу, и уверенно пошел в сторону столовой, увлекая его за собой.

На меня он даже не оглянулся, и я, глубоко вздохнув, развернулась и пошла обратно к площади.

Быть не может, чтобы там не ошивался никто из дневных в поисках наживы! А Элои говорил только о Нищем квартале и ничего — о том, что мне и подходить к старым знакомым нельзя…

Кто-то впихнул мне в руки такой же глиняный кубок, как и Раинеру — четвертью часа ранее; там плескалось на самом донышке, но разило так, будто туда вылили всю бочку.

Я натянула на лицо благодарную улыбку, отсалютовала кубком, тайком плеснув себе в волосы, чтобы не выделяться в развеселой толпе, и ввинтилась в самую гущу народу.

Говорили обо всем подряд. В течение ближайших пяти минут я узнала все, что происходило, не происходило и могло бы произойти в городе — оставалось только выяснить, какие из сплетен к какой категории относились.

А вот чтобы высмотреть юркие тени, мелькающие среди добропорядочных жителей, времени ушло куда больше. Меня никогда не готовили для работы в толпе — Старшой считал, что мне самое место на ночных улицах, а вот для гуляний я слишком приметна. Он, разумеется, оказался прав: сама я никого поймать не сумела, но зато и часа не прошло, как передо мной вынырнул невесть откуда Длинный и тут же окинул меня оценивающим взглядом.

Не обнаружив ни кошелька, ни новой одежды, он несколько приуныл, но все же вызывающе поинтересовался:

- Ты чего тут забыла?

Я могла бы напомнить ему, что теперь имею полное право находиться на площади перед храмом.

Или сказать, что хозяин Нищего квартала больше не может распоряжаться мной. Или хоть помахать грамотой из храма…

Вместо этого я ухватила Длинного за запястья и проникновенно сообщила:

- Вот тебя-то мне и надо!

Худших слов для труженика Нищего квартала и придумать было нельзя.