Ночная

Длинный вмиг побледнел, но быстро спохватился, что перед ним всего лишь женщина, бывшая папина любовница, несостоявшаяся мачеха — и попытался было выкрутиться, но не смог. Уж что-что, а держать Старшой меня научил.

- Кто-нибудь видел невесту графского советника? — спросила я, утягивая Длинного в толпу танцующих.

Подросток, вынужденный уворачиваться от пляшущего люда, насупился, но деловито перехватил инициативу, встроившись вместе со мной в человеческий поток.

- Любопытно, — невозмутимо отозвалась я.

У Старшого точно так же поблескивали глаза, когда он чуял выгоду: Длинный с годами становился все больше и больше похож на отца.

- Любопытство не всякий может себе позволить, — толсто намекнул он.

Я не удержалась от долгого усталого вздоха. Смотреть на подростка сверху вниз уже не получалось, но я приложила все усилия, чтобы создать именно такое впечатление.

- Ты же помнишь, что говорил папа про тебя и торги? Потому что приличные горожанки такое не повторяют.

Длинный, кажется, и сам понимал, что Старшой был прав — тот вообще редко ошибался в людях, а про безнадежное отсутствие у среднего сына склонностей к торговле повторял неоднократно. Зато прочил ему тепленькое местечко среди нюхачей, в чьи обязанности входило разузнавать «хлебные» дома и запоминать щедрых людей.

На последний фактор я уповала особо: кто, как не Длинный, мог быть в курсе, как попасть в графский замок и взглянуть на невесту?

- У меня все равно денег нет, — с наигранным смущением созналась я, видя, что подросток готов уйти в глухую оборону в духе «ты мне не мать!».

Длинный надулся еще пуще.

- Тогда с ним и буду говорить!

Я пожала плечами: с ним так с ним, Раинер потом все равно перескажет полученную информацию. Но если Длинному это позволит потешить расцветающее подростковое эго — мне же лучше.

Завершив положенный круг, я выпустила Длинного и осторожно, издалека, заглянула в храмовый зал. Давешний пугливый послушник грозно сощурился и погрозил мне метлой — а кроме него, в открытой для посещений части никого не было: похоже, Раинер еще не освободился.