Ночная смена

– А когда бросил курить, поправился?

Ему показалось, что Джимми Маккэнн помрачнел.

– Да. Даже слишком. Но потом согнал лишний вес. Сейчас я в норме. А раньше был чересчур худым.

– Объявляется посадка на рейс номер двести шесть. Пассажиров просят пройти к девятому выходу, – объявили по громкой связи.

– Это – мой. – Маккэнн, поднимаясь, положил на стойку пять долларов. – Если хочешь, закажи себе еще. И подумай о моих словах, Дик. Я серьезно.

Он направился к эскалаторам, прокладывая себе путь через толпу пассажиров.

Моррисон взял карточку, задумчиво повертел ее и убрал в бумажник. Больше он о ней не вспоминал.

Карточка выпала из бумажника в другом баре месяц спустя. Моррисон ушел с работы пораньше и заглянул туда выпить, желая снять напряжение. Дела на работе складывались неважно. А точнее – хуже некуда.

Протянув бармену десятку, он перечитал адрес на карточке: Восточная Сорок шестая улица, 237. Всего в двух кварталах отсюда. Стоял октябрь, на улице было прохладно, но светило солнце. «Зайти, что ли, смеха ради?.

.» Получив от бармена сдачу, Моррисон залпом допил заказанную выпивку и вышел на улицу.

Акционерное общество «Больше не курим» располагалось в новом здании, за аренду тут каждый месяц, похоже, платили больше, чем Моррисон зарабатывал за целый год. Судя по справочнику в вестибюле, эта фирма занимала целый этаж: значит, деньги там не просто водились – акционеры общества «Больше не курим» в них просто купались.

Моррисон поднялся на лифте и оказался в коридоре, устланном толстым ковром, по которому и прошел к элегантно обставленной приемной.

Из широкого окна пешеходы и машины казались маленькими жучками, спешащими по своим делам. Вдоль стен стояли кресла, расположившиеся в них трое мужчин и женщина листали журналы. Моррисон подошел к секретарше.

– Вашу карточку дал мне друг, – сказал он, протягивая ей визитку. – Он, если можно так выразиться, ваш выпускник.

Секретарша улыбнулась и заправила бланк анкеты в пишущую машинку.

Клавиши застучали, но звук был приглушенным – пишущая машинка оказалась творением Ай-би-эм.

– Мейпл-лейн, 29, Клинтон, штат Нью-Йорк.

– Один, – ответил он и, подумав об Элвине, слегка нахмурился. «Один» было неправильным словом, точнее было бы назвать сына «половиной» – он был умственно отсталым и жил в интернате в Нью-Джерси.

– Откуда вы про нас узнали, мистер Моррисон?

– От Джеймса Маккэнна. Мы с ним вместе учились.

– Отлично. Вы не присядете? Придется немного подождать – у нас сегодня много народу.