Ночная помощница

Мы же цивилизованные вампиры, а не варвары.

- Можем их отравить. На нас никто не подумает. — Подбросил свежую идею садовник. — Вот скажем, холера! Давно ли оборотни болели холерой?

- Оборотни от нее не умирают. — Поморщился барон.

- Я же сказал отравить, а не убить. Заодно и на лекарстве подзаработаем. Я знаю, у нас на складах еще старые запасы не утилизированы.

- Ну, допустим. Там водохранилища у них как раз изолированные. К людям вода не попадет. — Кивнул барон.

- Вы серьезно? — Не выдержала я.

Три пары глаз скрестились на моем лице.

Они говорили совершенно серьезно. Самым разумным в этой компании был, похоже, енот. Он хотя бы не планировал холеру распространять. Носки были его фетишем, а не эпидемии.

- Слишком жестоко? — Поинтересовался Георгий.

- Но препарат мы еще не утилизировали. — С надеждой на меня посмотрел Олав. — Там как раз пару тысяч доз. Барон вам на эти деньги подарок купит.

- Куплю.

- Олав, вы точно садовник?

- Нет. Я юрист.

- Да, Олав юрист. — Подтвердил слова подчиненного барон.

— Но он выгорел, решил взять отпуск и возиться с садом.

- Это успокаивает нервы. — Подтвердил Георгий.

- Георгий, я, честно говоря, боюсь уточнять вашу профессию.

- Вы не бойтесь, Арис. — Вампир широко улыбнулся.

- Георгий ювелир. — Сообщил Руфус. — И я не знаю, почему он здесь служит.

- Потому что вы мне хорошо платите, барон. И у вас потрясающая коллекция столового серебра.

- А при чем тут серебро? — Не поняла я.

- Пока шла война с оборотнями, я надеялся, что барона убьют, и я заберу себе его коллекцию.

- Это шутка? — Понять говорит Георгий серьезно, или иронизирует, было просто невозможно."

"- Нет. — Ответил управляющий.

- Он не шутит. — Подтвердил Олав.

- Это очень редкое серебро. — Почти оправдал меркантильные мотивы подчиненного барон.

Если бы я знала, что вампиры настолько интересные, никогда бы не сунулась к оборотням.

Леда

Она проспала до самого вечера. Проснулась от того, что замерзла и еще долго лежала с открытыми глазами, глядя на пульт от телевизора.

Тело уже не болело, но было слабым. Волчица в груди еще не очнулась, но Леда уже начинала чувствовать связь со зверем. Пока совсем тонкую. Обернуться в ближайшую неделю у нее точно не получится. Леда не часто выпускала зверя. Не любила ее усмирять после долгих лесных прогулок, а потом отмываться от грязи. Но в этот раз она чувствовала вину перед второй сущностью за то, что не сможет ее выпустить в ближайшее время.

А еще она пыталась не думать об Андрее и его жене.