Герасимова продолжает кормить бабушек, которые оформили дарственные на свои квартиры в ее пользу. Жилье объединили в одно, получились роскошные апартаменты. Анна старается изо всех сил, зарабатывает на всех. Недавно она купила бабе Кате шубку, а баба Тома получит доху нынешним летом. В жаркие месяцы цена на мех сильно падает, и Герасимова уже накопила нужную сумму. То есть, судя по всему, Господь решил наградить сироту за ее детские слезы, послав ей на радость чудесных пенсионерок-соседок и самого лучшего на свете сынишку.
Каждый день Аня начинала со слов:
— Спасибо, добрый боженька, за твою любовь ко мне!
Имея на плечах трех человек, которых нужно кормить, поить, одевать, Анюта радовалась любой работе, никогда не капризничала, бегала по всей Москве, выезжала в область. Пару лет назад она поняла, что надо искать напарницу, тогда можно будет брать большие заказы. Анна стала просматривать объявления в газетах, приглашать разных женщин. Но быстро расставалась с новоявленными коллегами.
Герасимова не ворует, не пьет, не обманывает устроителей, готова носиться по залу с подносом до последнего клиента, на службу всегда является красиво причесанной, с макияжем, носит туфельки на каблуке.
Аня понимает: у людей праздник, внешний вид обслуживающего персонала должен соответствовать мероприятию. Например, на свадьбу Герасимова наденет, скажем, розовое платье, а белое никогда, на похороны же придет в черном. Мини-юбки, кофты с глубокими вырезами, колготки-сеточки, ботфорты, вульгарный макияж — все это у нее под запретом, поскольку она не мужа приходит на тусовку искать, а работать.
Женщины, которых Герасимова брала в напарницы, вели себя иначе. Одна обшарила карманы верхней одежды гостей, другая напилась до свинячьего визга, третья сначала отложила в принесенные из дома коробочки еду, а уж потом понесла блюда в зал, четвертая явилась на службу в полупрозрачном, обтягивающем все ее прелести платье, пятая, наоборот, притопала в спортивном костюме и кроссовках, шестая не помыла руки после туалета… Поработав один раз с такими «помощницами», Анна им больше не звонила, дорожа своей репутацией.
В конце концов она смирилась с неудачей и стала говорить устроителям:
— Я работаю одна. Если у вас более сорока или максимум пятидесяти гостей, зовите вторую официантку.
Иногда кто-нибудь из постоянных клиенток просит ее:
— Нюшенька, у нас шестьдесят человек на барбекю явится. Я вам приплачу, к тому же моя домработница поможет. Возьметесь? Очень прошу!
И Аня соглашается.
