Чем он их так ударил, что те ласты склеили? И где орудие убийства?
* * *
Хандамиров, изучив материалы дела поразился небрежностью следователя. Так все склеить на живую нитку мог или дурак или просто идиот. Ни свидетелей, ни орудия убийства, ни отпечатков, ни следов крови на одежде – да ничего нет. Одни подозрения, что он был один. Там полный ресторан людей был, а под подозрение попал один молодой парень, потому, что он выглядел как спортсмен. Так он же не ударник, не боксер. Да и экспертиза показала, что били не руками, а «тупым, твердым предметом».
И где этот предмет?
И он решил выходить в суд с этим предметом и до кучи с тем, что не всех посетителей ресторана допросили. Операм не дали такого задания. А что следак? А он и не дал. Остановился на персонале и одном посетителе. Судья точно такого не одобрит. Это типичная халатность. Да и протокол обыска ресторана какой-то липовый. Они и не искали орудие убийства, потому как думали, что те друг друга порешили. Это потом экспертиза показала, что было орудие убийства.
А сначала то они все в крови с ножиками в руках. Вот оно орудие убийства – чего еще надо. А потом поленились, наверное сделать еще один обыск. В общем шанс был.
Глава 5
В камере к Максу отнеслись нормально. Первоход. Не быковал. Все требования исполнял. Пайкой делился как положено. Он не курил. Папиросы в пайке раздавал курящим. Смотрящего уважил отдельной пайкой от адвоката. В общем по совету Лаврова, вел себя как нормальный арестант. Фразу - и тут люди живут он запомнил.
Как-то раз его позвал смотрящий. Сказал, что малява на него пришла. Мол двух братков завалил – ответить придется. Макс взглянул на смотрящего и спокойно сказал – не трогал я ваших братов. Напраслину на меня следак гонит. Нет у него ничего на меня. Поэтому в камере держит и кошмарит на чистуху. А я не колюсь. Нет на мне крови вашего брата. Я не при делах. Палево это всё. Иначе бы дело уже в суде было. А малява проделки следака. Он кого-то из ваших подсадил и тот маляву накатал. Крыса он.
И предупреди торпед, что я их буду убивать. Мне статья уже выписана. Так что терять мне нечего.
После этого Макс максимально стал внимателен. В принципе он всю эту халабуду мог вынести на раз. Но не хотел бойни.
Макса опять дернули на допрос. И войдя в допросную он увидел генерала, которого лечил. Он даже фамилии его не знал. Знал, что комитетчики не любят называться настоящим именем. Поэтому и не настаивал."
"- Ну здравствуй друг мой ситный, - произнес Васин.
