Никогда в той жизни Макс не видел её танцующей лезгинку. Деньги он отдал маман, конечно.
В доме маман развела бурную деятельность. Сначала она все книги по геологии сдала в библиотеку нефтяного института. Это ей в карму. Все-таки депутат. Беспокоится о книгах для студентов. Естественно бесплатно. Потом проинспектировала огород и плодовые. Выпустила кошку. Та полдня обходила дом и окрестности и не найдя мышек исчезла исследовать пространство. Макс показал маман подпол (который маленький) и тут она все перебрала, начав наполнять закрома родины припасами.
От бани она пришла в восторг. Ни тебе дров, вода из крана горячая и холодная. Качество воды артезианское. И завела традицию париться по пятницам после рабочей недели. Макс нашел на берегу Сунжи пару дубов и нарезал веники. После этого написала заявление в исполком и ей как депутату поставили телефон.
Ванная и унитаз стояли английские «Идеал стандарт». Макс подозревал, что еще во времена НЭПа изготовленные с характерным голубым рисунком по фаянсу и бронзовой фурнитурой с бачком для смыва.
Душ тоже был бронзовый фиксированный. На вопрос Макса, что может быть сменить его на гибкий шланг маман категорически отказалась менять такую красоту на современные поделки советских дизайнеров. Вкус он с детства прививается, да еще и опыт прошлых поколений сказывается.
- Ты еще предложи унитаз поменять на советский, - усмехнулась маман, - с чугунным бачком и вечно текущими прокладками. Мда. Крыть нечем.
Теперь на столе всегда стояли фрукты со своих деревьев и виноград как раз поспел.
Сорт оказался столовый и черный, и белый. Просто мёд. Ну мы вино не делаем, - подумал Макс. Нам как раз то, что надо.
До прихода машины он укрепил навес для нее, а маман занялась подрезкой винограда. Ей эта работа была известна. Сказывались долгие годы жизни в Средней Азии. Она вообще выросла в большом доме. Погибший на войне отец был партийным работником в Андижане и ему полагался дом. Потому как если ты власть, то без дома тебя просто уважать перестанут.
Восток же. Да и после войны, когда бабушка второй раз вышла замуж ее муж тоже был партийным. Целым секретарем райкома. А стать секретарем райкома мог только уважаемый человек. И уважаемый человек не мог быть из голытьбы. Только из уважаемой семьи, которую все знали. Его Макс смутно помнил. Умер он когда Максу лет пять исполнилось.
Вообще маман расцвела. Дом на нее благоприятно подействовал.
