Их попросту не привлекают первые попавшиеся мужчины, пусть даже умные и красивые. Обе ждут единственную, главную любовь, с первого взгляда, способную изменить их жизнь. Слово «однолюбка» гвоздем вонзалось в мозг Слоан, пока она, изнемогшая от борьбы с собой, не вышла на балкон.
Может, хватит грустить? Пожалуй, неплохо прогуляться по берегу. Уже почти десять вечера, и, вернувшись, она по крайней мере спокойно уснет.
Девушка натянула джинсы, кроссовки и розовый свитер, заколола волосы в конский хвост и сбежала вниз.
Очутившись на пляже, она решила повернуть налево, подальше от дома Мейтлендов, чтобы лишний раз не расстраиваться. Нечего зацикливаться на Ное. И вообще следует подумать о будущем. Будущем без него., Но Слоан, как ни старалась, не могла заставить себя сосредоточиться. Куда приятнее вспоминать его ласки! И потом, с ней он был таким добрым и понимающим и говорил на любые темы, ее интересующие. Обо всем… только не о своих чувствах к ней. Никогда, даже в порыве страсти, он не произнес «люблю»и не попытался уговорить ее остаться в Палм-Бич.
Даже не дал никакого нежного, шутливого прозвища. Джесс именовал Слоан Коротышкой, а после очередного фильма с Хамфри Богартом у него появилось обращение: «Эй, солнышко». Половина ее сослуживцев изобретали для девушки миллион прозвищ, и только для мужчины, в постели которого она проводила ночи, оставалась всего лишь Слоан, и только.
Но вместо того чтобы грустить об этом, Слоан решила подумать о более приятных вещах.
Все еще погруженная в собственные мысли, она час спустя возвращалась к дому Картера с другой стороны.
Сунув руки в карманы, девушка любовалась серебристой дорожкой лунного света на воде и представляла, как выглядит Ной у штурвала, со взлохмаченными ветром волосами. Он казался таким спокойным и уверенным, словно сидел за рулем автомобиля. И к тому же находил время учить ее ходить под парусом. Сначала Ной требовал слишком многого, выкрикивал приказы, которых она не понимала, но вскоре научилась справляться со строгим наставником, именуя его «капитаном Бладом»и каждый раз беря под воображаемый козырек.
Слоан так увлеклась, что, услышав его голос наяву, посчитала, будто начинает сходить с ума.
— Слоан! — еще раз окликнул Ной.
Она отвернулась от воды и стала осматриваться. Господи, быть не может! Ведь Ной в Майами… на совещании…
Но он шел к ней навстречу, через задний газон. И когда только успел переодеться в джинсы и трикотажную тенниску!
Слоан шагнула вперед, но он заступил ей дорогу.
