Ночные всадники

При свете выяснилось, что заимка стоит на берегу лесной речки. Называлась она Важня.

Сыщик вышел, походил вокруг, осмотрелся. Да… Он был уверен, что едва избег здесь смерти. Но остальные глядели скептиками. Их можно было понять.

– Алексей Николаевич! – на правах старшего окликнул питерца исправник. – Что мы здесь ищем? Четыре дня прошло.

Действительно, что Алексей хотел здесь увидеть? Улики, изобличающие шайку злодеев? Смешно. Потаенное кладбище с телами жертв предполагаемой банды? Так вон лес вокруг! Где угодно закопай до скончания века не найдут.

Лыков тем не менее упорно осматривал пепелище. Самая большая груда обгорелых бревен указывала на дом. Рядом кучи поменьше: от двора с конюшней, бани, дровника. Где искать? А главное, что?

– Господа, для чего им понадобилась такая большая печь? – обратился надворный советник к коллегам. – Я еще тогда внимание обратил. Полдома занимала!

Рутковский вопросительно глянул на станового:

– А в самом деле, Лука Офросимович? Непонятно. Дом маленький, а печь о-го-го! Столько дров, поди, сжирала!

Пристав перевел взгляд на урядника:

Тот подскочил, такой же бравый, как и его начальник.

– Это, ваше высокоблагородие, завод у них был!

– То есть? – изумился Рутковский. – Какой завод?

– Свечки они здесь лили.

– Эти… как их? – Урядник вынул из кармана заранее приготовленную бумажку. – Церезиновые.

– Ну-ка подробнее, – побагровел исправник. – Тут был подпольный завод? У тебя на глазах? А ты терпел?

– Минуту, Семен Никифорович, – остановил его сыщик и обратился к уряднику: – Откуда известно про завод?

– Так вся округа знает, – пояснил тот, нимало не тушуясь.

 – Лесники в кабаке давно уж по пьяному делу проболтались. И Родимцеву, целовальнику, большую коробку подарили. Хорошие свечки!

– И это был настоящий завод? – уточнил Лыков.

– Как настоящий? – пожал плечами урядник. – Разве я видал настоящий-то завод? Тут лили сколь могли. Махонький, надо полагать, заводик. Подпольный – с чего ему быть большим? Телеги к ним ездили, со стороны шоссе…

– Московского.

Оно там, за лесом.

– Дальше что? Труба у них часто дымила, даже посреди самой жары. Дров точно уйму изводили. Ну да дрова у них свои, бери из лесу сколько хошь!

– Не могу знать! Разве скажут? Да я и не спрашивал, признаться.

– Давали тебе трешницу, ты и помалкивал?

Урядник повернулся к начальству:

– Ваше высокоблагородие, прошу, того, оградить меня…

– А разве не так было, Чернов? – рассердился исправник.