Но, как видишь, я справляюсь с этим не самым лучшим образом, ведь как только увидел, что в твоем окне горит свет, то оказался здесь, читающим «Запах облаков».
– Запах твоих крыльев.
– Гномик, если бы ты только знала, насколько сильно мне наплевать, как называется эта книга.
Я нервно дергаю ногой. Сойер же невозмутим, будто этот разговор не может оборвать нашу дружбу навсегда.
– Можешь ответить мне честно, – шепчу я. – Ты хоть немного нервничаешь сейчас?
Прикусив губу, он молчит несколько долгих секунд, а затем медленно кивает.
– Не представляешь насколько. Мне даже немного страшно. Без шуток.
Ладно, его честный ответ доказывает, что мы оба понимаем, насколько серьезен этот разговор, у которого неизбежно будут последствия."
"– Но я посмотрел вместе с тобой достаточно девчачьих фильмов, а еще регулярно выслушивал от вас с Зоуи пересказы любовных романов и из этого сделал один очевидный вывод. Знаешь какой?
– Если парень говорит тебе, что вы не можете больше дружить, это означает, что он вампир? Или то, что только в книгах все магическим образом из раза в раз получают оргазм одновременно?
Приподняв уголок губ, Сойер смотрит на меня так загадочно, словно он и правда вампир со степенью магистра по синхронным оргазмам.
– Эти идиоты не разговаривают вовремя, – заключает он, постучав пальцем по обложке книги. – Из-за чего появляется куча проблем.
– Вообще-то если бы герои обсуждали все сразу, то половины сюжетов не было бы.
Да и в жизни многие люди не спешат быть откровенными.
– Мы поступим иначе. Наша книга и так уже затянулась, не думаешь?
Сойер похлопывает ладонью по кровати, приглашая меня присесть.
Тяжело сглотнув, я остаюсь на месте, но только потому, что не уверена, что смогу сделать хоть шаг на ватных ногах и не упасть. Клянусь своими книгами, не будь на сегодняшний день проблем с Каллумом, я бы уже давно запрыгнула на Сойера с поцелуями, слезами счастья и любыми видами оргазма.
– Я… Не хочу врать, но не уверена, что смогу быть откровенной на все сто процентов, а ты будешь злиться, потому что ненавидишь недосказанность и ложь.
– Хорошо, если не настроена на откровенный разговор, тогда я лучше почитаю.
И Сойер делает ужасное: слюнявит палец и тянется к раскрытой книге. Я щурюсь.
– Ты не посмеешь.
– О, еще как посмею.
Он с шелестом переворачивает страницу.
Во мне просыпается Халк.
