Понимал, что происходит, но не хотел этого. Не хотел влюбляться в тебя, но это уже произошло и осознание было как удар по морде. Это разрушило бы нашу дружбу. А вдруг не получится, вдруг не взаимно и что тогда? Я потеряю самого близкого мне человека. Потеряю тебя.
В глазах Сойера отражается знакомый мне страх. Если чувства не взаимны, это убивает дружбу. Если взаимны – есть большой риск потерять ее в будущих отношениях. Бывшие любовники не дружат, они двигаются дальше и впускают в свою жизнь новых людей.
– Я решил игнорировать это чувство, шел четко по схеме парней из твоих любимых книг. К тому же незадолго до этого я начал встречаться со Стефани. Поначалу она была милая, смешная, но она не была тобой, Райлс. Мне хотелось верить, что это пройдет. А потом ты вернулась. Помнишь тот день? Было очень жарко, и ты предложила съездить на озеро.
Усмехнувшись, Сойер проводит ладонью по лицу.
– Твое гребаное белое бикини. Я бросился в озеро со скоростью ракеты и радовался, что вода была холодной.
– В тот день ты был груб со мной и сказал, что серьезно влип в Стефани.
– Ты прыгала в воде прямо на меня. Я мог контролировать свои слова и действия, но ничего не мог поделать со стояком. Мне казалось, я сойду с ума, Райлс. Боялся выдать себя. Ты без остановки прикасалась ко мне и спрашивала, почему я такой раздраженный, поэтому я ляпнул чушь про Стефани.
Погодите, я осталась с разбитым сердцем и без девственности из-за своего же бикини? Сегодня же отпишусь от «Интимиссими»! Они навсегда лишились клиента.
– В какой момент ты решил, что пора рискнуть и рассказать мне?
– Прозвучит странно, но когда мы лежали тут и ты рассказывала про сюжет той книги, где у всех члены разных температур, а я подумал, что могу пролежать так с тобой, слушая эту чушь хоть целую вечность. Дело не в том, что я чувствую без тебя или рядом с тобой. Дело в том, как я себя чувствую, когда ты смеешься или плачешь, Райли. К слову, в обоих случаях я хочу поцеловать тебя.
Если ты улыбаешься, то я тоже, если плачешь, то я хочу испепелить того, кто тебя обидел. Дело просто в тебе. В твоем упрямстве и чувстве юмора. В твоем смехе, веснушках, любви к ужасным книгам и уродливому цвету.
Я смотрю на лаймовую резинку на его запястье и вспоминаю, как Сойер забрал ее у меня перед самым отъездом на озеро Тахо. Он носит ее с тех самых пор, как осознал свои чувства ко мне. И эти чувства были у меня на виду все это время.
