– В Ноттингеме слухов больше, чем в желтой прессе, – вмешивается Сойер. – Мы правда будем уделять время за праздничным столом сплетням кучки завистливых девочек?
– Сынок, я сейчас разговариваю с Фелисити. – Папа впервые делает глоток безалкогольного пива и взмахивает рукой. – Давай.
– Я не уверена, что прилично говорить о таком за столом…
– Будь так добра, раз уж начала.
– Ну, ходят слухи, что в мужской раздевалке происходят непристойные вещи, в которых замечена Райли. И… и что она стояла там на коленях не для того, чтобы помолиться.
Папин голос звучит приглушенно, слов не разобрать, потому что в моих ушах пищит ультразвук. Ноги сами поднимают меня, рука тянется за булочкой, и я с яростью швыряю ее в Фелис. Одну, вторую, третью. Кто-то убирает тарелку с выпечкой, я зачерпываю ладонью картофельное пюре прямо из миски и запускаю его, как снежок, в лицо Фелис.
Ахнув, она вытирает лицо ладонями. Я снова тянусь к миске, но меня обхватывают за талию и оттаскивают от стола."
"– Лживая стерва! – выкрикиваю я, брыкаясь и пачкая Сойера остатками пюре.
– Я знаю, что ты заодно с Каллумом! Что плохого я тебе сделала? Ты украла мою жизнь – отлично, подавись! Дублируешь мою одежду по старым фото в соцсетях – пожалуйста! Но не смей на хрен врать моим близким!
Не знаю, в какой момент Сойер принес меня на кухню. Он держит меня до тех пор, пока я не выбиваюсь из сил, обмякнув в его руках.
Взволнованная Хлоя протягивает мне стакан воды, я выпиваю залпом.
– Там дети напуганы, – говорит она Сойеру. – Можешь помочь Митчу успокоить их?
Ох, боже, я напрочь забыла о детях.
– Ты как, Рембо? – спрашивает Сойер. – Попробуешь не убивать никого пару минут?
– Не уверена.
– Я быстро. – Чмокнув меня в лоб, он выходит из кухни.
Перевожу взгляд на Хлою и слышу, как сильно стучат мои зубы то ли от злости, то ли от адреналина.
– Ты видела это? Она хочет довести меня до клиники! Неужели после этого все продолжат считать ее невинной овечкой?
Хлоя протягивает мне бумажное полотенце.
– Вытри.
– Она сказала это при моих родителях! При Скарлетт! – Небрежно протерев руки, я комкаю салфетку и выбрасываю в мусорную корзину.
– Чего она добивалась? Что, услышав это, они откажутся от меня, как от бракованного товара, и назовут ее своей новой дочерью?
– Думаю, она получила именно то, что хотела – вывела тебя из себя при всех. Если бы ты только отреагировала полегче, перевела все в шутку… Фелис бы проиграла. Мы с Сойером помогли бы убедить твоих родителей, что все это чушь.
