Новая жизнь

Зубки белые, ямочки на щеках появляются, но серые глаза смотрят серьезно – ну отличница, да и только.

– А пить? – спросил я.

– Пиво, как и вы. Что я могу для вас сегодня сделать?

Я показал Араму, следящему за нами из-за стойки, на свою кружку, затем поднял один палец. Он кивнул, начал наполнять кружку.

– Что можете сделать? Светлана попросила вас помочь мне с конструированием нескольких «оболочек».

Катя внимательно посмотрела на меня.

– «Оболочек»? Хорошо. И у вас есть для этого… – предоставила она мне возможность закончить фразу, заодно проверяя, одно и то же ли мы с ней имеем в виду.

– «Флэшка» с фотографиями, имена и приблизительные даты, – перечислил я. – А еще, хотя она меня об этом и не просила, у меня есть для вас премия. Положите ее на имя одной из своих «оболочек».

– Вы же знаете, что я делаю это не ради денег, – сказала Катя, глядя мне в глаза через стекла своих прямоугольных очков.

– Знаю, – кивнул я. – Вы делаете это ради карьеры. И Светлана оформит вам перевод отсюда сразу же, как только доберется до нового места работы.

Я говорил с ней вчера, она подтвердила. Но вы делаете это для меня, а я не могу помочь с карьерой, поэтому вы возьмете деньги. Я полагаю, что запасной личности хорошо иметь и запасные деньги. Мало ли что?

– Не только ради карьеры, на самом деле, но все равно – спасибо, – кивнула Катя.

Подошел Арам с кружкой пива и тарелкой с приборами, расставил это все перед Катей, затем вернулся за стойку.

– Скажите, насколько я могу быть уверен, что такая система конструирования личностей не отслеживается? – задал я самый главный вопрос.

– Невозможно, – решительно ответила она. – Наши записи являются первоисточниками, потому что многие люди после прихода меняют имена и фамилии. Системе нужно от чего-то отталкиваться. К тому же иногда мы вынуждены что-то исправлять – какие-то ошибки. И вся сеть иммиграционной службы рассчитана на то, что мы можем вносить изменения. Это распространяется и на записи задним числом.

Ошибка, разумеется, но пока ее никто не заметил.

– А если заметят? – спросил я.

Катя покачала головой достаточно категорично и ответила:

– Ничего страшного. Исчезнет возможность вносить записи, но отследить уже сделанные все равно никто не сможет. Есть лишь одна возможность проколоться: если я сама вас сфотографирую для карточки. Тогда ваша фотография сохранится еще на одном сервере – под другой датой.