Новая жизнь

А как поступит с ними Орден – не известно никому: может, еще и по домам отпустит. А отпускать их куда бы то ни было я не хочу – пусть их лучше судом Линча судят и на дереве вешают. К моему удивлению, Смит согласился. Кажется, ему уже стало все равно: забираю пленных – ну и черт с ними.

К вечеру этого дня Боните удалось связаться с техасским телеграфом и отправить в Аламо сообщение с просьбой встретить нас в Галвестоне с уже двумя грузовиками и машиной из ведомства шерифа Мерфи для сопровождения пленных.

Оставалось надеяться, что телеграмма дойдет по назначению.

Большой залив, судно «Нинья». 22 год, 3 число 9 месяца, вторник, 06.00

В шесть утра следующего дня мы оказались в пятнадцати километрах от Берегового. Перегрузили носилки с Индийцем Джо на баржу, туда же перешел Рибейра, уже вполне похожий на военнослужащего, – с автоматом, гранатами, в разгрузке и трофейном камуфляже. Я оставил лейтенанту наши координаты в Аламо, и он пообещал в будущем обязательно с нами связаться.

На этом мы расстались. Так было проще – не нужно было ни с кем объясняться по поводу того, что именно у нас в трюме и куда это все едет. Не ссылаться же мне при Смите и экипаже «Ниньи» на приказ начальника разведуправления РА?

А так бывшие рабы лишь расскажут, что пришли мы, вступили в бой с бандитами и всех спасли. А Джо скажет, что их наняли для того, чтобы доставить наемную разведгруппу в глубину бандитских болот, что они и сделали. А что и как было – это он не в курсе, он суп варит и краном управляет.

Вот и все. А в Галвестоне нас и расспрашивать никто уже не будет. Судно нанято Орденом, везет груз оружия по орденским же надобностям, подверглось нападению пиратов, но отбилось. А пленных заберет шериф Мерфи, болтать лишнего им не давая, а уже в Аламо разберемся, что с ними дальше делать.

После расставания с десантной баржей мы направились на северо-восток, в сторону Нью-Галвестона. Пленных заперли в кладовках – кроме Алены Петровны Володько, которую за ногу приковали к лееру ограждения палубы, давая возможность дышать свежим воздухом.

Шкипер с Пако вели судно, а остальные занимались ремонтом – по мере возможностей. Требовалось заделать, хотя бы временно, заведя пластырь, большую пробоину в форштевне «Ниньи», расклинить люк трюма, разобрать и сложить на палубе поврежденный кран. До этого момента удосужились разве что смести за борт мелкие осколки битых стекол.