Новая жизнь

– Сколько лететь будем? – спросила Бонита у Джей-Джей.

– Полетим на пятидесяти пяти процентах мощности, в экономичном режиме… – прикидывая, ответила девушка. – Приблизительно четыре с половиной часа. Нас там встретят?

– Встретят, – ответил я. – Будут ждать на аэродроме. Кстати, там тебя ожидает некий сюрприз.

– Какой? – требовательно спросила она.

– Если я скажу какой, он перестанет быть сюрпризом.

– А если ты не скажешь – какой, я брошу штурвал, и летайте, как хотите.

Бонита показала пальцем на меня:

– Он умеет водить легкие самолеты.

– Вот всегда так. Раздразнят любопытство, и… – не закончила фразу Джей-Джей.

Суверенная Территория Невода и Аризона, г. Нью-Рино. 22 год, 7 число 9 месяца, суббота, 12.00

Весь маршрут «сессна» прошла на высоте три километра, с реализуемой мощностью двигателя чуть больше половины. Не то чтобы топливо было в Новой Земле очень уж дорогим, но привычка всегда иметь его запас была у каждого в крови. Огромные расстояния и незаселенные пространства всегда легко создавали в сознании каждого пилота картины вынужденных посадок, неожиданных изменений маршрутов, замолчавших радиомаяков, поэтому каждый сэкономленный литр из трехсот сорока, залитых в баки самолета, мог спасти жизни пассажиров.

Джей-Джей вела самолет уверенно, четко ориентируясь по приборам. Современные комплексы авионики, базирующиеся на сигналах системы GPS, в Новой Земле не работали. Навигация в воздухе осуществлялась либо по радиомаякам, именуемым радиоприводами, разбросанным в городах и на аэродромах, причем каждый издавал свой индивидуальный сигнал, либо по старинке – по компасу и хронометру, а также визуально, по ориентирам на земле.

Именно поэтому Джей-Джей вела самолет по большей части над Дорогой, которая в основном совпадала с нашим маршрутом и которая с трехкилометровой высоты выглядела как тонкая желтоватая нитка, пересекающая бесконечную равнину цвета выгоревшей травы. Справа от нас, на горизонте, возвышались горы Сьерра-Невады в виде изломанной линии, ограничивающей синеватый силуэт на фоне голубого безоблачного неба.

Стовосьмидесятисильный мотор «текстрон-лайкаминг» гудел ровно, пропеллер расплылся в прозрачный круг, самолет шел выше любых восходящих и нисходящих потоков, не было никакой турбулентности, и полет доставлял настоящее наслаждение. Все же есть большая разница между перелетом на пассажирском лайнере, пусть даже первым классом, где о тебе заботятся и предугадывают твои желания, и самостоятельным полетом на маленьком самолете.