А в чем дело?
— Вы сегодня из дома выходили?
— Нет. А что?
— Шума подозрительного в подъезде не слышали?
К тому моменту в подъезде гвалт утих, и это позволило мне со спокойной совестью соврать.
— Нет. Я только час назад проснулась и решила принять ванну.
— Понятно, — вздохнул парень. — Значит, ничего не видели и не слышали?
— Вы так и не сказали, что случилось, — забеспокоилась я.
— Жмурик у вас в подъезде, то есть я хотел сказать, на лестничной клетке обнаружен труп мужчины. Стреляли в упор… странно, что никто ничего не слышал.
— В кого стреляли? — бестолково спросила я.
— В мужика этого.
Не успел следователь удалиться, а я — выпить валерьянки, как в дверь опять позвонили. Решив, что на сей раз это уж точно за мной, я дрожащими руками открыла дверь и обнаружила свою подругу Верку, которая жила с мужем в том же подъезде, только этажом выше.
— Привет, — шепнула она, внедряясь в мою квартиру. — Менты были?
— Ага.
— Что творится… только трупов в подъезде нам и не хватает. Чаю налей, меня всю трясет…
Мы сели пить чай, Верка принялась гадать, кто так осерчал на Деда Мороза, а я силилась не разреветься.
Верка в отличие от меня располагала кое-какой информацией, потому что на вопли соседей отреагировала и примерно с полчаса обреталась в подъезде, прислушиваясь к болтовне жильцов и разговорам явившихся оперативников.
— Документов при нем нет, никто в подъезде Деда Мороза не заказывал, да и кому заказывать, если, кроме нас, в доме одни пенсионеры. Прасковья вчера у дочери ночевать осталась, а сегодня, возвращаясь к себе, наткнулась на убитого.
И что у нас за подъезд такой…
— Говоришь, документов при нем нет? — хмуро спросила я.
— Конечно, нет. На фига ему их с собой таскать, если человек на работе?
— А ты убитого видела?
— Ну, он же на лестничной клетке лежал.
— Он тебе знакомым не показался?
Верка моргнула и затихла.
— Нет, — сказала она через минуту. — Обычный Дед Мороз.
Верка моего бывшего шефа видела, он как-то пасся под дверью, когда мы вместе с ней возвращались из кино.
Если документов нет, значит, кто он такой, определят не сразу. Следовательно, у меня есть время, чтобы выяснить, что Вовке понадобилось в моем подъезде.
— Менты говорят, его несколько часов назад убили. Ночью или даже вечером.
Вернулась я вчера около двенадцати, и алиби у меня, само собой, нет, раз в квартире я была одна.
— Пойду переоденусь, — вяло сказала я и ушла в спальню, сняла халат, и в этот момент меня осенило. — Как же я могла забыть! — завопила я.
