Новенький

Я не могу с собой совладать и нахожу ее в соцсети. В Москве не так уж и много Софий Рузмановых, поэтому мне не составляет труда ее отыскать. Как назло, у нее полностью открытая страница, так что я шарюсь по ней часами. Здесь десятки фотографий ее счастливой и улыбающейся. Она одна, с младшей сестрой, с друзьями, с каким-то светловолосым парнем. С книгами в руках.

Красивая. Какая же она красивая.

Но отвращение к ее отцу, а автоматически и к ней, захлестывает меня с головой снова и снова. Я уже близок к тому, чтобы расхерачить долбанный ноутбук, если это поможет мне держаться и не заходить на ее страницу.

Она стала мне сниться. Ненавижу эти сны, в которых она такая красивая и добрая. Манит меня пальцем, а я, как слепой котенок, иду. Она все дальше и дальше, а я все за ней и за ней. И вот, когда я наконец-то беру ее за руку, она растворяется. И в этот момент я просыпаюсь.

Мне становится настолько противно, что я морщусь. Не хочу к нему ехать. Я вообще не понимаю, почему Коршун ко мне пристал. Так-то я брат человека, который заложил его следствию.

Но Коршун постоянно мутит схемотозы, и я хочу быть в курсе того, что он думает и планирует. В конце концов, от этого может зависеть дальнейшая жизнь и свобода Антона.

Я приезжаю в дом Коршуна в пятницу вечером. Здесь, как всегда, толпа народу. Зачем он постоянно зовёт этих людей? Он хоть сам их знает? В гостиной накурено, и не только сигаретами. Гости разбиты по кучкам: кто-то просто разговаривает, кто-то пьет, а кто-то сосется по углам.

Среди девушек я замечаю Таню.

Быстро взбегаю по ступенькам на второй этаж, пока меня никто не заметил. Там у двери Коршуна немного собираюсь с духом, пару раз стучу и тут же распахиваю. Ничего не меняется. Сколько раз я сюда ни приходил, а картина всегда одна и та же: Коршун, как король, развалился в большом кресле, курит кальян, а по бокам рассредоточены его шестерки.

— О, Соболь! — восклицает быстрее, чем я успеваю поздороваться. — А я тебя ждал.

— Привет. Что ты опять от меня хотел? — решаю перейти сразу к делу.

Стула, на который я обычно сажусь, нет, поэтому я опускаюсь на диван справа от Коршуна. Он поворачивается корпусом ко мне.

— А чего так недружелюбно? — скалится.

— Слушай, у меня мало времени, мне некогда ходить по тусовкам. Что-то срочное?

— А чем это ты занят? — прищуривается.