Теперь он решит, что она еще и плохо воспитана. Хотя что ей до этого – пусть думает что хочет.
Дрожа от холода, Джейми намылила волосы кусочком розового мыла, быстро промыла их, окунулась и поспешила на берег. Земля была скользкой, и ей никак не удавалось выбраться. Ноги все время соскальзывали, и Джейми снова и снова погружалась в холодную воду. Внезапно ее правую ногу свела судорога. Боль была такой резкой, что она не выдержала и закричала:
– Алек!
В мгновение ока Алек оказался на берегу, и его сильные руки подхватили жену, не дав ей утонуть.
Джейми дрожала от холода и стонала от боли. Алек принялся осторожно массировать сведенную судорогой ногу. Движения его были мягкими и нежными. Едва сдерживая слезы, Джейми уткнулась ему в плечо. Ей не хотелось, чтобы муж заметил ее слабость. Но как хорошо было находиться с ним рядом, вдыхать его чистый мужской запах! Его тело излучало тепло, и Джейми потихоньку перестала дрожать.
– Тебе лучше? – прошептал Алек, и она почувствовала его дыхание на своем лице.
Джейми кивнула и еще теснее прижалась к нему.
Алек погладил ее округлые ягодицы. Твердые груди упирались ему в плечо, и это привело его в страшное возбуждение. Алек попытался приказать себе расслабиться, но плоть его жила своей жизнью. Тело содрогнулось…
– Мне гораздо лучше, – прошептала Джейми. – Вы снова спасли мне жизнь. Если бы вы не подоспели вовремя, я бы утонула.
– Мне бы хотелось, чтобы это повторилось. – От волнения у Алека появился смешной рокочущий акцент, и Джейми рассмеялась.
– Вы хотите, чтобы я утонула? – лукаво спросила она.
– Нет, мне только хотелось бы снова и снова спасать тебя.
Откинув с лица мокрые волосы, Джейми посмотрела на мужа.
– Когда-нибудь настанет и моя очередь спасать вас, – пообещала она, передразнивая его произношение.
По лицу мужа Джейми видела, что он доволен. Она прижалась щекой к его теплой груди.
– Алек, согрейте меня! Сегодня такой холодный вечер…
– Мне он совсем не кажется холодным. – Алек с нежностью посмотрел на жену.
– Ты всегда купаешься в одежде?
Мягкость в его голосе обрадовала Джейми, и она, не стесняясь, ответила:
– Нет, не всегда. Просто я боялась, что кто-нибудь увидит.
Нежное тело жены все еще возбуждало Кинкейда. Он посмотрел на нее долгим взглядом.
– Ты посинела от холода, – сказал он. – Тебе лучше переодеться.
Алек разжал объятия, и Джейми, с быстротой молнии подбежав к сложенным на берегу вещам, схватила тонкое одеяло и закуталась в него.
