Сообщив ей, что она разделила с ним его убогую постель, он еще имел наглость расхохотаться, да так громко, что у нее заложило уши. От смеха грудь Алека ходила ходуном, и Джейми казалось, что происходит землетрясение.
Кинкейд понимал, какие мысли проносятся в голове его жены. Она бы так легко не попалась, если бы не расслабилась после того, как он спас ее. Однако надо пощадить ее невинность да к тому же сдержать данное ей слово. Алек всем сердцем желал эту женщину, но не хотел пугать ее. Пусть она сама его захочет, а уж у него хватит терпения подождать.
Джейми уперлась локтями в грудь мужа и заглянула ему в глаза. Алек не спускал глаз с ее губ, и она инстинктивно провела по ним языком. Глаза мужа потемнели, и Джейми охватило волнение.
– Если бы я знала, что вы задумали, – сказала она, – я никогда бы не попалась на этот крючок.
– Тебе никогда не удастся прочитать мои мысли.
– Почему вы на меня так смотрите?
– А как я смотрю на тебя?
– Так, как будто собираетесь меня поцеловать.
– Вовсе нет.
– А почему нет?
Алек улыбнулся, и улыбка преобразила его лицо. «Он может быть очень симпатичным, – решила Джейми, – жаль, что ему не приходит в голову воспользоваться этим».
Джейми ждала ответа, барабаня пальцами по широкой мужской груди. Он все так же молчал, и она поняла, что ей действительно не дождаться поцелуя.
– Значит, я недостаточно хороша для этого? – настаивала Джейми.
– Хороша для чего? – безразлично переспросил Алек.
– Для поцелуя, – разозлилась она.
– Почему вы никогда не слушаете меня?
– Да, малышка, ты недостаточно хороша для этого, – ответил Алек. – Пока.
– Не называйте меня малышкой. Это не соответствует действительности, и, кроме того, в ваших устах это звучит совсем иначе, чем у папы.
Алек расхохотался:
– Надеюсь, что это так. – Голос его был полон нежности, и Джейми тоже заулыбалась.
– Вы не ответили на мой вопрос, – сказала она, делая вид, что не замечает руку Алека, пробравшуюся к ней под сорочку и нежно поглаживающую тело.
Ласка была ей приятна.
– Я ответил.
– Что-то не припомню.
– Я сказал – нет.
– Нет? Вы шутите?
–Нет.
– Если вам не хочется поцеловать меня, то это – ваша вина. Вам не кажется?
– Нет, не кажется. – Алек едва сдерживался, чтобы снова не расхохотаться.
– Но я уж точно не виновата. Вы – единственный мужчина, с которым мне приходилось переживать подобное, и стало быть, на вас лежит вся ответственность.
– А как насчет Эндрю? – спросил Алек.
