Медленный фокстрот – три тягучих шага, обход, вежливая рокировка танцующих пар… Пасодобль – гордость и страсть, чеканный поворот головы, четко выверенный шаг… Па-де-катр – да пожалуйста, сколько угодно, она отрепетировала все фигуры на кухне с метлой и шваброй, хотя об этом никому здесь знать не надо… Она плыла, музыка убыстряла темп, она летела в танце. Вальс – ах, вальс! Скольжение и кружение, безостановочное, как волшебный сон, и раз-два-три, раз-два-три, его рука уверенно лежит на ее тонкой талии, он ведет, можно забыть обо всем, еще поворот, мой принц, я ничуть не устала… Я хотела бы танцевать с тобой вечно… Хрустальные башмачки, чудо из чудес, нигде не жмут и при каждом шаге покалывают ступни сотнями иголочек, электризуют, наполняют энергией… И шепоток вокруг, восторженный и завистливый – кто она? откуда? какой страны принцесса? А-аххх… Никогда больше она так не танцевала.
Никогда.
Даже на собственной свадьбе. Хотя бракосочетание было по высшему разряду, а как же, не какой-нибудь заштатный барон женится, а принц, наследник трона.
Одних только устриц закупили пятнадцать ведер. Девяносто ящиков шампанского, а коньяк и красное сладкое вино король выставил из своих погребов – три бочки и пять бочек соответственно. Двух кабанов доставили егеря из королевских лесов, главный повар по своим каналам бог весть откуда выписал целого страуса, ну а мелкой дичи и домашней птицы было столько, что считали ее не головами и даже не на вес, а подводами – всего двадцать подвод. Это лишь некоторые цифры и только что касается кухни.
А ведь были и другие статьи расходов по брачному пиру. Танцы? Ткани, услуги портных, собственно оплата наемным танцорам и музыкантам, суточные и столование. Гости? Дополнительные лакеи и горничные в услужение, аренда экипажей, разбитый фамильный хрусталь и украденное фамильное серебро, поломанная мебель и изгаженный королевский парк… Садовник чуть руки на себя не наложил, пришлось ему доплачивать за моральный ущерб, и так по каждой позиции, а позиций – тысячи.
Принц не вникал, о нет, куда ему, не был обучен – а ей свекровь сразу сказала: привыкай. Хозяйство на тебе.
Она старалась, конечно. Ей все равно казалось, что попала в сказку. Мягкая перина, чистые простыни, теплая спальня, бланманже на завтрак, куропатки на обед – и никто больше, никто и никогда не посмеет ее отхлестать по щекам! Принц был сама нежность и сдержанная страсть. Дорогая, в западном розарии расцвела желтая роза, позволь тебя проводить полюбоваться.
