Что будет, если ты начнешь вытаскивать петли из полотна и тянуть их в разные стороны?
Геллена пожимает плечами.
– Все испортится. Станет косо. Можно поправить, но совсем хорошо уже не будет.
– Примерно это и делают ведьмы. Они хватают нитки и тянут их в разные стороны, чтобы полотно перекосилось и стало таким, как они хотят. Можно пытаться исправить то, что они натворят, но совсем хорошо уже никогда не будет. Поэтому я и прошу, Гелле, опасайся ведьм и не пробуй ведьмовство.
Геллена хмурится. Сжимает и разжимает кулачки.
– Я не буду, – говорит она наконец. Лореаса не успевает вздохнуть с облегчением, когда Геллена спрашивает:
– А откуда взялись ведьмы? Как они появились?
– Это долгая история, – говорит Лореаса, и на лице ее написано, что она совсем не хочет рассказывать. Но тут подает голос Кодор.
– Я тоже хочу услышать, – говорит он. – Я не знаю этой истории. Даже не знал, что такая есть! Поведай ее нам, Лоре, пожалуйста.
– И мы не знаем, – вдруг удивленно говорит Лореана.
Мать бросает ей грозный взгляд, но время упущено: уже вся семья смотрит на Лореасу с надеждой.
«Как же, – досадливо думает некромантисса, – занятная история ввечеру, куда уж лучше! Ах, я дурочка, не додумалась иначе повести разговор…» Отказываться поздно, остается только умалчивать о главном. Несколько минут Лореаса размышляет, как и о чем следует умолчать. Ее слов ждут с наивными улыбками. Даже близнецы рассчитывают, что услышат просто сказку о старых временах. Лореаса готова ругаться – но и это неразумно, нельзя, чтобы дочери и падчерица слишком серьезно отнеслись к легенде, упаси Дева, чтобы они начали доискиваться правды, спрашивать, сопоставлять…
– Все, что мы видим вокруг, – начинает Лореаса, – и сами мы – сон, который придумала и спела Дева Сновидений.
Я уже сказала: Дев много. Каждая из них поет часть мира…
И тембр голоса Лореасы меняется.
Вместе с ним меняется ритм ее речи, он подчиняет себе все движения ее тела – дрожь пальцев, биение сердца, глубину дыхания.
Вслед за телом и душой певицы волшебная песнь пронизывает и покоряет всех, кто ее слышит – даже огонь камина, даже камень и дерево, из которых построен дом, даже снег за стенами дома и землю, спящую под покровом снега. Много лет пройдет, прежде чем дочери Лореасы прикоснутся к этой науке, ибо это последняя, самая последняя ступень перед попыткой запеть Сон Жизни…
Лореаса поет Сон Сказок.
Она поет о том, что Девы Сновидений знают друг друга.
