– Мама Лореаса, – вдруг говорит она, – а когда я начну учиться?
Углы губ Лореасы вздрагивают. Она не отрывает взгляда от вязания: «Все еще не «мама», но уже «мама Лореаса», вот как…»
– Чему ты хочешь учиться? – ласково спрашивает она.
– Петь.
Спицы Лореасы застывают. Она поняла, о чем говорит падчерица. Но все же хватается за ускользающую надежду:
– Что же, давай сходим к учителю музыки…
– Нет, нет! – Геллена крутит головой так, что разлетаются золотые косы. – Петь сны. Сны Земли, и Сны Воды, и Сны Растений.
Как ты.
Лореаса медленно опускает вязание на колени.
Воцаряется тишина. Слышно, как тикают часы; кажется, слышно, как за окном падает снег. Сестры-близнецы настороженно смотрят на мать. Лореаса сидит неподвижно, сжав губы, на лбу пролегают морщинки, бледность покрывает лицо. Несколько мгновений, и уже Кодор начинает подозревать неладное. Геллена недоуменно хлопает длинными ресницами. Она готова испугаться. Она сказала что-то плохое?
Отец прижимает Геллену к груди, но смотрит на жену.
– Лоре, – начинает он, – мы…
Лореаса прерывисто вздыхает.
– Что же, – говорит она более самой себе, чем притихшей семье, – пора, так пора.
Растерянная Геллена беспомощно глядит на старших сестер. Лореада отвернулась, схватила кочергу и яростно ворошит дрова в камине. Лореана уставилась в пол и теребит подол платья. «Тут что-то плохое», – понимает Геллена, и ей, наконец, становится страшно. Но она от природы не робкого десятка, она дочь Королевского Лесничего, и никто не учил ее, что девочка должна быть слабой.
Геллена слезает с отцовских колен и становится между отцом и мачехой, прямая, как маленький солдатик.
– Мама Лореаса, – спрашивает она, – а что не так?
Лореаса склоняет голову.
– Ты смышленая девочка, Гелле. Я думала, пройдет еще лет пять, прежде чем мы заговорим об этом. Но раз уж так вышло, слушай меня и не забудь моих слов.
Геллена кивает с решительным видом.
Она ждет.
Добрую минуту Лореаса не может заговорить. Наконец, она пересиливает себя.
– Я знаю, что ты расстроишься, Гелле, – глухо говорит она. – Мне очень жаль тебя огорчать. Но я не хочу обманывать тебя. Гелле, ты никогда не будешь колдуньей.
– Почему?
Лореаса быстро поднимает глаза, окидывает фигурку падчерицы внимательным взглядом. Видно, что Геллена пока еще и не думает огорчаться. Она просто требует ответа.
– Потому что ты человек.
