Лицо обвисло, потеряв овальную форму, даже брыли появились.
На Ольгу смотрела женщина за сорок.
Глюки, психоз?
* * *На предложение приготовить обед собеседница смолчала. Потерялась, не зная, что говорить. Скорее всего, не ожидала таких поворотов в разговоре, которые раз за разом предлагала ей жертва, ожидала чего-то другого.
– Оля, поверьте вы наконец. Я сплю с вашим мужем, и уже давно.
«Сплю, сплю, сплю…» Проклятый рефрен! Ядовитый, как укус гадюки.
– Давно – это сколько?
– Год как минимум.
Год… За шесть лет совместной жизни мысль об измене мужа не приходила Ольге в голову – совсем, вообще. Как и мысль о том, что можно самой погулять. Дикая, выматывающая работа, плюс проблемы с собственными двумя мальчиками, плюс дурдом с родителями – и мужниными, и своими… Какие, нафиг, «измены»?!
Она принялась лихорадочно вспоминать.
Такого не могло быть. Хотя… Этот год он действительно жил то тут, с семьей, то там, у родителей, – чтобы поменьше мотаться по транспорту.
Не хотел пока уходить из института. Часто болел: две пневмонии с января, и со здоровьем все хуже. Был уверен, что потихоньку помирает, а в тридцать три – помрет точно. Даже плакал, когда слышал песню «Сестра» – из-за фразы: «Нам недолго жить здесь вместе…» Чтобы с таким настроем – любовница? Нелепо.
С другой стороны, сейчас-то он здоров. Пока жена ковыряется в обнимку с заботами, муж сидит себе в Питере в трехкомнатной квартире. В центре города.
Один.
Я что, обижаюсь? Ольга прислушалась к себе. Нет-нет, какие обиды? Ему же плохо. Ему точно так же сложно. Вот только откуда мне знать, на какие выверты и сумасбродства способны мужики, когда им плохо?
Верить или не верить этой гадюке? Было – не было?
А фиг его знает…
* * *Между тем, женщина в зеркале, так похожая на Ольгу, все взрослела. Или, вернее сказать, теперь уже старела. Барьер, отделяющий просто женщину от пожилой женщины, был пройден. Глаза потускнели, волосы распрямились, исчезли кудряшки.
Кожа провисла, лоб украсили морщины. Опустился и заострился нос, упали углы губ… Ольга смотрела в зеркало, опять теряя чувство реальности. Бездонный овал, висящий над телефоном, притягивал взгляд, – не отвернуться, не отлипнуть.
От чувства, что надвигается настоящая катастрофа, несопоставимая с супружеской неверностью, стыла кровь и немели губы.
– Молчите, – констатировала разлучница.
