Мне долбят и долбят: «Ваш муж», «Вашего мужа», «С вашим мужем», – пусть! Но я-то, я! Повторяю, как попугай: «Мой муж, мой муж, мой муж…» А ведь это все – про Сашку, про Сашеньку, родного и единственного, вместе с которым чего только не пережили за шесть совместных лет. «Ваш муж», «мой муж»… гипноз какой-то.
Стряхнуть с языка липкую дрянь!
– Саша знает о вашем звонке? – спросила она.
– Нет, разумеется.
– Что ж вы его не посвящаете в свои планы? Боитесь, не оценит?
– Я? Боюсь? – Женщина на том конце саркастически хохотнула.
– Вы что, не понимаете? Он все равно будет мой.
– О как!
– Вы поговорите с ним, поговорите.
– Я без вас решу, с кем говорить.
– Да вы сама боитесь, – подытожила мерзавка.
* * *Все-таки совершенно непонятно, что ей надо, этой питерской штучке. Сашка не скрывал историю их отношений, мало того, даже цикл автобиографических рассказов напечатал под названием «Рассказы об ужасах любви». История банальна: он любил, а его – нет. Его предыдущая возлюбленная вообще никого никогда не любила.
Прирожденная отличница и расчетливая дрянь. Пока вместе учились, пока было выгодно, разрешала быть Сашке возле себя, а после диплома – адью, верный паж, я нашла рыцаря. Брошенный паж пострадал с полгода и встретил новую королеву – по имени Ольга. И тут бывшая повела себя странно. Казалось бы, все закончено, разбежались, так нет же: вдруг загорелась посмотреть, на кого ее променяли. Сашка потом признался, как он устроил ей тайные смотрины своей невесты. Это было еще до свадьбы. На каком-то концерте во Дворце молодежи.
Они за спиной Ольги договорились и взяли билеты на одно и то же число, а Ольга ни о чем не догадывалась. Именно в тот вечер, помнится, торопясь на концерт, она радостно воскликнула: «Ну, полетели!» – и немедленно полетела с эскалатора, зацепившись каблуком. На метро «Нарвская». Она всегда ходила на высоких каблуках, подчеркивавших длинные, идеально правильные ноги. Стиль.
Зачем Сашка тогда согласился и выполнил просьбу этой дряни? Сказал – из гордости, похвастать хотел.
Ольга и правда выглядела эффектно, чего скромничать. По его словам, дала бы самоуверенной Викуне большую фору, в чем Викуня (как он надеялся) благополучно и убедилась.
Может, эта женщина полагала, что он всю жизнь страдать будет, сохнуть и ждать ее возвращения? Держала его за запасной аэродром? А он довольно быстро женился, обзавелся одним ребенком, вторым, начал активно издаваться… Неужели не смогла этого простить?
Зачем позвонила, вот вопрос.
