Посидим немного, переждем, пока эти двое уйдут.
– Я не хочу, я боюсь, – захныкал Ваня. – Пусти меня, я домой пойду.
– Молчи, трус! – со злостью прошипел Пашка. – Хочешь меня тут бросить? А еще рейнджер, тоже мне… Все, тихо!
Он на цыпочках перебрался к черной яме, не выпуская руки младшего брата. Пригляделся – из сумрака глаза выхватили углы каких-то старых ящиков и обломки лестницы.
– Только бы воды внизу не было, – вздохнул Пашка, осторожно опускаясь в яму. – Я сейчас проверю, что там внизу, потом ты за мной, ага?
– Я не хочу, там страшно, не тащи меня! – младший брат окончательно потерял присутствие духа.
Голова Пашки уже торчала из провала.
– Если убежишь, – с угрозой прошипел он, – тебя поймают и бросят в крапиву.
– Хочу домо-ой, – заныл Ваня."
"Через секунду Пашка был в подвале. Пол оказался сухим, но все равно место было мрачным и неуютным. Выставив вперед руки, мальчик осторожно шагнул вперед, проверяя свободное место. Тесное зловещее пространство словно давило со всех сторон, даже голова закружилась.
– Спускайся! – тихо позвал Пашка брата. – Здесь не страшно.
– Не хочу-у! – донесся тоненький голос брата.
Пашка остановился, резко повернувшись. Голос Вани прозвучал как-то странно, гулко, словно брат находился на другом краю большого темного леса.
– Ванек! – с тревогой позвал Пашка. – Давай сюда, не бойся.
На этот раз он почти ничего не услышал в ответ. Только слабый отголосок, в котором невозможно разобрать ни слова.
Он захотел посветить вокруг телефоном, как фонариком, и хлопнул по карману – но телефона не было! Видимо, выронил, когда спускался.
Пашка рванулся назад и вдруг понял, что потерял выход. Слабо светящийся квадратный люк над головой, который он прежде отчетливо видел, теперь куда-то исчез. И остатки лестницы, и нагромождения старых ящиков – все пропало.
– Эй! – в отчаянии крикнул Пашка, сам уже готовый заплакать. – Ванек, ты где? Отзовись! Сейчас пойдем домой.
Он метался то в одну, то в другую сторону, но ничего не находил. Он был один в совершенно пустом и совершенно темном месте.
Куда ни пойди – ни стены, ни ступенек – ничего! Подвал не мог быть таким большим, чтобы в нем заблудиться, Пашка понимал это, и ему становилось вдвойне страшно.
– Ваня! – снова позвал он, надеясь, что младший брат решил над ним пошутить и нарочно не отвечает.
Внезапно ему почудилась легкая дрожь в воздухе. И снова навалилось легкое головокружение, словно стоишь на краю огромной скалы. Мальчик вдруг понял, что вокруг него что-то изменилось.
