Новолуние

– Буду, можешь не сомневаться! – пообещал Чарли. – Заходи!

– Ладно, – вздохнула я, – отпустите!

Эдвард поставил меня на ноги. Я устояла, хотя ног под собой не чувствовала. Что же, все равно нужно идти… Шаг, другой, и подъездная аллея бросилась на меня, словно хищная кобра. Поцеловать асфальт не дали сильные руки Каллена.

– Позвольте только занести ее наверх, – попросил Эдвард, – потом сразу уйду.

– Нет! – в панике закричала я. А как же мои вопросы? Он ведь должен остаться и все объяснить, разве не так?

– Я буду рядом, – прильнув к моему уху, прошептал Эдвард так тихо, что Чарли бы в жизни не услышал.

Эдварду позволили войти в дом. С открытыми глазами я продержалась только до лестницы, и последним, что я чувствовала, проваливаясь в беспамятство, были холодные руки Каллена, отдирающие мои пальцы от своей рубашки.

Глава двадцать третья

Правда

Такое ощущение, что я очень долго спала: тело затекло, будто за все это время ни разу не пошевелилась. Оцепеневший мозг еле работал; странные цветные сны и кошмары кружились в моем сознании.

Они были такими яркими! Ужасное и восхитительное – все спуталось в один пестрый клубок. В нем были томительное ожидание и страх – неотъемлемые части неприятных снов, в которых твои ноги движутся не так быстро, как хотелось бы… В нем были целые орды монстров, красноглазых демонов, еще более жутких из-за своей жеманной любезности. Сон проник в сознание настолько, что я даже помнила их имена. Но самое сильное впечатление произвел вовсе не ужас, а ангел с прозрачными крыльями, оставивший в моей душе неизгладимый след.

Отпускать его очень не хотелось. Сон будто не желал отправляться в архив, где пылилось все то, о чем мне проще не вспоминать. Но я старалась, и сознание, взяв курс на реальность, понемногу просыпалось. Какой сегодня день, я не помнила, зато знала: меня ждут Джейкоб, работа, школа или еще что-нибудь. Глубоко вздохнув, я стала думать, как переживу еще один день.

Лба легонько коснулось что-то холодное.

Я покрепче зажмурилась: сон пугающе напоминает реальность.

Еще немного, совсем чуть-чуть, и я проснусь, а Эдвард исчезнет…

Нет, творится что-то неладное, ощущения слишком реальны. Сильные руки, которые во сне сжимали меня в объятиях, слишком материальны. Если пустить все на самотек, потом об этом пожалею. Еще раз вздохнув, я разлепила глаза, полная решимости развеять иллюзию.

– Ой! – Из груди вырвался сдавленный вздох, а ладони судорожно метнулись, чтобы закрыть глаза.