Ты хочешь сказать, что перенесла в этот сейф сокровища и документы и забыла о том, что сделала?"
"— Да, именно так, — твердо произнесла Эльвира Аркадьевна, словно призналась на суде в содеянном тяжком преступлении. И пояснила, утирая слезы: — Накануне своего отъезда я никак не могла заснуть. Вспоминала и думала, все ли проверила, все ли предусмотрела и сделала. Меня удручало и серьезно волновало то, что усадьба останется без хозяев, да еще, прямо скажем, скорее под условной охраной, чем настоящей, способной оберечь и сохранить главную ценность Октябрьских.
А перед отъездом Павла людей в усадьбе шастало много, и не только членов семьи, а и всяких разных иных по его делам. К тому же в последнее время слишком многим стало известно о наших сокровищах. Вот так лежала без сна и крутила в голове все эти тревожные размышления… И тут меня осенило мыслью, что следует перепрятать сокровища так, чтобы их не нашли. А следом за этой мыслью, как вспышкой, пришло озарение, и я вспомнила про старый сейф. И поняла, что это прекрасный вариант.
Там их точно никто не найдет, тем более о нем никто и не знает. Вот я и перепрятала сокровища. Ну и некоторые документы.
— И, вернувшись в кровать, благополучно заснули, — подсказал ей Ладников.
— Мгновенно. Спокойным, глубоким сном, — подтвердила Эльвира Аркадьевна убитым покаянным голосом. — Утром проснулась отдохнувшей, довольной, с ощущением полного порядка в делах и отсутствием всякого беспокойства. Даже не думая о том, что сделала ночью. А потом за суетой отъезда, за обследованиями и процедурами и вовсе позабыла о том, что перепрятала ценности.
Напрочь — как отрезало.
Эльвира Аркадьевна перевела дух, гордо расправила плечи, величественно вскинула голову и посмотрела на внучку.
— Софья, наверное, у меня началась деменция или Альцгеймер. Меня следует срочно показать врачу и более нельзя допускать до управления усадьбой. Надо срочно связаться с Павлом, объяснить ему ситуацию, — вынесла она сама себе приговор.
— Да нет у вас никакой деменции, Эльвира Аркадьевна, побойтесь бога, — заверил ее Ладников панибратским тоном и чуть не отмахнулся, лишь в последний момент придержав пренебрежительный жест, никоим образом не вяжущийся со статусом этой женщины.
— Когда у человека деменция или Альцгеймер, он совершает поступки, находясь в измененном состоянии сознания. Вернее, сбоя в нормальном функционировании мозговой деятельности. При этом он абсолютно не помнит потом то, что делал в тот момент.
