Их послали нас найти, а потом молниеносно доложить о находке. Мчались назад, не оглядываясь и ни на что не отвлекаясь. Отчего такая спешка, подумай, Кузьмич? Я вот если думать начинаю, мне потом ночами плохое снится. Кому как, а я бы хоть сейчас свалил. К тому же думай о будущем, раз тебе это так нравится.
– В каком смысле?
– Да в прямом. Озимые накроются, но на новом месте хватает хорошей земли. А ее надо расчистить, вскопать и засеять, причем быстро. Так что нам бегом бежать надо.
– Снегу еще по колено, и реки вот-вот вскроются, – заметил Рогов.
– Я тоже об этом подумал. Пока те триллы доберутся до своих, пока доложат, пока дойдет по инстанциям, реки и правда вскроются. Не сказать, что они на их пути большие, но весь этот снег тает все быстрее и быстрее, воды там столько получится, что глазам не поверите. Им придется ждать погоды на берегу, да и нам тоже. А как успокоится все, так и пойдут. Наверное.
– Можно не ждать, – сказал Палач. – Я видел, как разливаются реки. Пороги внизу затопит, мы сможем идти и на лодках, и на плотах.
До самого водопада получится так добраться, а это далеко. Придут, а нас тут уже нет. Пропали и не сказали куда.
– И пойдут вниз по реке: не надо всех за дураков принимать, а то жизнь обидно накажет, – сказал Киря.
– Не пойдут, – спокойно заявил Холод. – Мы набьем ложную дорогу на запад. Прямо сейчас можно послать человек пятьдесят, пусть на пару дней пути натопчут как следует, наломают ветвей, оставят места ложных стоянок. И надо как-то так это провернуть, чтобы следы не казались тупиком: хайты должны быть уверены, что мы ушли именно в этом направлении.
– Легко, – сказал Рогов. – Я на запад летом ходил, руду там искал. Если чуток к северу забирать, выйдешь к отрогам немаленького хребта. Там почти ничего не растет, почвы, считай, нет, сплошные скалы да осыпи. Если погоня пойдет по ложной тропе и уткнется в эти дела, пусть дальше ищет, где мы из этих дел выбрались, там вариантов масса, не на один месяц озадачатся.
– Как видите, мы уже начерно составили достаточно реальный план, – заметил Холод.
"
"– Да только озимым нашим хана при вашем реальном плане, – не сдавался Кузьмич.
– Жизнь дороже любого зерна.
– От голода тоже помереть можно.
– Мы по осени боялись голода, и где этот голод? Даже если перестанем охотиться и рыбачить, дней десять этого не заметим, запасов хватает. Если не налегать в две ложки, пару недель можно вообще ни о чем не думать.
– Маловато припасов по таким цифрам, – сказал Киря.
