Новый босс (СИ)

А конфликт точно назревал, потому что в глазах Малфоя я замечаю уже знакомое садистское выражение: ему просто нужен повод, чтобы стесать об кого-нибудь кулаки.

— Покороче платья не нашлось, матрешка? — рявкает раздраженно. — Все кому не лень тебе под юбку заглядывают.

— У тебя там две почтовые совы вообще без юбок кукуют. Вот за ними последи, а меня оставь в покое.

Рык Гаса вибрацией отдается в нервах, и в следующую секунду стальное кольцо его пальцев сдавливает мое плечо и ставит меня на ноги, словно плюшевого зайчика.

— Потанцуем, матрешка.

Его запах, смешанный с ароматом виски, проникает мне под кожу, дурманя голову, и мне требуется огромных усилий начать возмущаться:

— Никуда я с тобой не пойду, Малфой.

Гасу наплевать на мои протесты, потому что он крепко сжимает мою талию и толкает к себе, от чего я врезаюсь носом в его плечо.

— А я тебя не спрашиваю, матрешка.

— Повежливее, орангутанг. — ворчу, предательски млея в ее объятиях. Его уединенная близость обезоруживающе на меня влияет, превращая из шипящей кошки в мяукающего котенка.

Гас немедленно зарывается лицом в мои волосы и бесцеремонно спускает ладони мне на задницу. Его младший в это время утыкается твердокаменной головой мне в бедро, вызывая горячий прилив возбуждения.

— Твой озабоченный астронавт оставит синяк на моей ноге. — комментирую пересохшими губами.

— Не принимай близко к сердцу, матрешка. Я просто не рассказал ему, какая ты стерва, чтобы не оставить на всю жизнь импотентом.

Вот же гад.

— Ты дотанцуешь этот танец со мной, так что не дергайся, Сла-ва.

Меня словно накачали транквизаторами: конечности и голова ватные и все, что я могу, это вдыхать его запах и надеяться, что у меня хватит выдержки не вскарабкаться на него как Кинг-конг на Эмпайр Стейт. Потому что, видит Бог, я очень хочу.

— Ты вкусно пахнешь, матрешка. — урчит Гас, перебирая пальцами мои позвонки с ловкостью профессионального пианиста.

— Слава! — раздается восторженный мужской голос. — Вот ты где! Извини, немного задержался.

Голубые глаза Гаса за секунды чернеют и наливаются кровью, на скулах угрожающе вздуваются желваки, когда он кладет ладони мне на плечи и отодвигает в сторону, словно кусок пенопласта.

— Tebe pisdetz, Egorka. — цедит, делая шаг навстречу лучезарно улыбающемуся блондину.

Блин. Папа Игорь меня убьет.