"Новый Михаил-Империя Единства". Компиляцияя. Книги 1-17 (СИ)

Не могу сказать, что я не ожидал трудностей по прибытии. Разумеется, заговорщиков во главе с генералом Алексеевым не может не насторожить мое внезапное явление. Причем внезапное в буквальном смысле, поскольку о предстоящем прибытии «Ильи Муромца» из Гатчины, да еще и с братом царя на борту, никто аэродромные службы и, соответственно, Ставку не уведомлял. Благо в этом времени еще не такое насыщенное воздушное движение и риск столкновения с другим летательным аппаратом в воздухе минимален, ПВО или барражирующих над Могилевом истребителей прикрытия, имеющих приказ сбивать всякого, кто не передаст сигнал «свой-чужой», здесь также особо не ожидалось.

Правда, был некоторый риск, что если мы будем садиться затемно или видимость испортится, то могут быть «неожиданности» непосредственно на летном поле. Но Горшков меня постарался успокоить, кажется, его эта проблема волновала меньше всего. И я его понимал.

Нарушив высочайшее повеление, он поставил под удар себя. Нет, особых кар я не ожидал для него, ну, по крайней мере, за это самоуправство.

В конце концов, «царский кровавый режим» не являлся ни «кровавым», ни «режимом». Да и пилотов, особенно пилотов опытных, в России катастрофически не хватало, а на третий год войны роль авиации таки начала доходить и до самых упоротых генералов. Тем более не хватало таких героев войны, каким и был полковник Горшков. Да и я надеялся его прикрыть от возможного гнева «брата Коли». Так что на данный момент это мне не представлялось главной проблемой.

Собственно, проблем было несколько.

Первая – долететь. Задача была нетривиальная и реально на самом пределе возможностей этого летательного аппарата. Малейшие проблемы в полете, будь то технические или погодные, вполне могли заставить нас искать аэродром или хотя бы ровную площадку для посадки. Нужно ли говорить, что при таком раскладе я вряд ли успею попасть к Николаю Второму до его отъезда, и в этом случае у меня был небогатый выбор дальнейших действий.

Вторая проблема – вовремя попасть на встречу к императору, пока тот не уехал.

Тут тоже могут возникнуть сложности, заговорщики могут постараться оградить государя-батюшку от моего непрошеного визита. А если к этому добавить обычную для Николая фигню, когда он не желал слушать то, чего слышать не желал, то, чаще всего, нежелательные просители аудиенций ее просто не получали. А тут еще могло сыграть свою роль и мое самоуправство с нарушением высочайшего повеления.