Новый русский попугай

Это-то меня и привлекло, потому что только там сохранились еще какие-то подлинные чувства и такие замечательные женские качества, как верность, нежность, преданность, покорность…

— Не уверен, что вы правы, однако мое мнение к делу не относится, — заметил Маркиз. — Итак, она постоянно у вас не жила, но все же приходила довольно часто и оставалась ночевать?

— Да, конечно… И еще она снимала квартиру в спальном районе, на проспекте Кибернетиков. Я бросился туда, и представьте себе мое горе, когда в квартире я застал только хозяйку — жуткую бабу.

Она говорила со мной очень грубо, сказала, что Надя уехала, что она не желает больше со мной иметь никаких дел, что я разбил ее сердце и растоптал ее чувства и что она написала мне последнее прощальное письмо, хотя хозяйка просила ее этого не делать — нечего, мол, этого кобеля, то есть меня, баловать, мужики по-хорошему не понимают… Я едва не убил эту фурию! Я оттолкнул ее и бросился в квартиру, думая, что Надя прячется в комнате. Но там никого не было, и вещей ее тоже. Она пропала!

В этом месте рассказа Леня поднял брови, но ничего не сказал.

— Дрожащими руками я развернул письмо… я не могу вам его показать, но, поверьте, оно написано женщиной, которой нанесли едва ли не смертельную рану!

— Ну уж, — усомнился Леня, — что такого случилось?

— Вы не знаете Наденьку! — вскричал Зозулин. — Она так ранима… И самое главное — она мне больше не верит! А я не могу без нее жить! Я должен, слышите, должен на ней жениться!

— Да я-то разве против! — удивился Леня.

 — Но что конкретно вы хотите от меня?

— Я хочу, чтобы вы отыскали ту злодейку, ту гадину, что явилась в ресторан и испортила мне все! Сломала мою жизнь! Я хочу выяснить, за что она меня так ненавидит или кто ее нанял! Сегодня я уезжаю в Нижний Залом…

— Куда? — поразился Леня.

— Это Наденькина родина. Очень красивый старинный город. Она мне рассказывала — город утопает в зелени, у них много церквей, монастырь очень красиво расположен на берегу речки Заломки, вечерами такой колокольный звон стоит…

— Вы думаете, что она поехала домой? Она же вам написала, чтобы вы ее не искали… И кстати, а что ваша невеста делала тут, в нашем городе? Где она работала?

— Она… она собирала материал для кандидатской диссертации.

Что-то о древнем зодчестве…

Маркиз второй раз поднял брови, но снова ничего не сказал.

— Она говорила, что все беды и неприятности забывает, когда сядет на берегу речки и смотрит с обрыва на тот берег.