Даже любимые вещи, если их носить, почти не снимая, не считая стирки, неделю, надоедают до чёртиков. Только бы не пришлось ходить в длинных платьях теперь. Кошка, даже передёрнулась, представив себя в чём-то на манер моды XIX века, или ещё хуже. До сих пор, кроме мужчин, ей довелось видеть только девчонок в потрёпанных хламидах и судить о женской одежде в этом мире она не могла. Её ведь не сожгут на костре, если она, допустим, мужскую одежду оденет. Надо будет спросить у близнецов. Потом. Когда им уже до разговоров будет.
Вода почти обжигала, и девушка со стоном окунулась в пахнущую цитрусовыми и цветочными ароматами жидкость. О Боже! Как же она соскучилась за этим! Даже не представляла до сих пор, как сильно ей не хватало возможности вот так насладиться обычным комфортом.
Спустя пол часа, Тоня, разомлевшая и сверкающая влажной кожей, завернулась в большое полотенце, запахнув его на груди, собираясь вернуться в спальню, где её скорее всего уже ждали Кас и Зак. Перед дверью на миг замерла, собираясь с духом.
Потом решительно толкнула деревянную створку. В конце концов, она действительно не невинная девочка и никогда раньше своих желаний не боялась. Правда они и такими не были. Но почему она должна рефлексировать и стесняться, когда ей предоставился такой шанс. Провести ночь с двумя красавчиками, от одного взгляда на которых она становилась мокрой и на всё готовой.
Парни явно времени даром не теряли и в спальне, ранее, казавшейся необжитой, как и весь дом, сейчас царил порядок и уют.
С мебели исчезли белые чехлы, воздух теперь был чистым, свет стал мягким, приглушённым. Но это всё девушка отметила лишь краем сознания. Её глаза сразу прикипели к застеленной белоснежными простынями кровати. Там поверх одеял, ожидая её, и сидели близнецы в одних только полотенцах, намотанных на бедра. Видимо, купалась не только она. Стоило Тоне показаться из ванной, как их взгляды сразу прикипели к ней.
— Тоня, иди к нам. — мягко попросил Кас.
Кивнув самой себе, девушка таки сделала этот последний решающий шаг, сев между ними.
Когда Зак потянулся к ней, чтобы поцеловать, она подалась навстречу. Их губы встретились и из её груди вырвался прерывистый вздох удовольствия. Поутихшая немного, от волнения, страсть, разгорелась снова, разгоняя по венам бурлящее в крови желание. Руки сами собой потянулись к стальным пластинам мужской груди, скользнули вверх на шею, пальцы зарылись в густые влажные волосы на затылке.
