Корнев, как и следовало ожидать, начал возмущаться, но довольно быстро сдулся, не стал долго спорить, позвонил на вахту стадиона «Локомотив», представился и попросил срочно отыскать тренера команды «Спартак». Лопатин подошел к трубке спустя пять минут и громко поздоровался с соседом. Зверев, стоявший рядом с Корневым и услышавший басок Лопатина, тут же вырвал у полковника трубку и резко сказал:
– Здравствуйте, Егор Митрофанович! Это Зверев! Нас никто не слышит?
– Кто? Зверев? – Егор Митрофанович понизил голос.
– Спрашивайте, что хотели, нас никто не слышит. Вахтер отлучился покурить.
– Замечательно. Тогда у меня к вам один-единственный вопрос. Есть ли среди ваших подопечных кто-то, кого называют или могут называть Летуном!
Лопатин, не задумываясь, попытался пошутить:
– Да нет. Среди моих ребят нет ни летчиков, ни матросов. Танкистов и артиллеристов, насколько я знаю, тоже не имеется.
Зверев шутку не оценил.
– Что ж, я вас услышал! Ступайте и не вздумайте кому-либо говорить о том, о чем я вас спросил!
– Да-да, я понял, – проговорил Егор Митрофанович и хотел было еще что-то спросить, но Зверев уже повесил трубку.
Не сообщив Корневу результаты беседы с Лопатиным, Зверев вышел из кабинета. После этого Павел Васильевич отправился к себе в кабинет, достал из сейфа папку с материалами дела об убийстве на танцплощадке Летнего сада, принялся читать протоколы допросов всех игроков «Спартака». Отчего его голова снова заболела. Он сходил в медчасть, выпросил у дежурной медсестры Софочки какую-то пилюлю и вернулся к себе.
Спустя полчаса боль в голове утихла, и Зверев, отложив бумаги, поставил на плитку чайник и гонял чаи до самого вечера. Зазвонил телефон, и Павел Васильевич схватил трубку.
Услышав знакомый голос, он был готов мурлыкать, точно мартовский кот. Звонил Ткаченко. Он отпустил какую-то дежурную шутку, но Зверев, пропустив ее мимо ушей, потребовал сообщить о том, что удалось выяснить.
Ткаченко не стал упрямиться и сообщил, что связался со своими смоленскими коллегами и прямо по телефону получил первичную информацию об Аркадии Зацепине, осужденном на три года за измену Родине.
– Паша, ты же сам понимаешь, что такие вещи по телефону…
– Понял! Куда подъехать? – буквально рявкнул Зверев.
– Ну уж давай не будем играть в шпионов. Я у себя в кабинете, подъезжай, жду.
Зверев сказал, что выезжает, и, так как официальный рабочий день уже подходил к своему завершению, потребовал дежурную машину.
