Помимо футбола в школьные годы увлекался радиоделом, посещал радиокружок. В тридцать седьмом приехал в Смоленск, работал на заводе монтажником, в июле сорок первого ушел на фронт в возрасте двадцати двух лет, воевал на Юго-Западном и в боях под Харьковом угодил в окружение и пропал без вести. И вот тут-то начинается самое интересное.
– Люблю интересное.
– В сентябре сорок первого, согласно архивным данным, Аркадий в составе группы военнопленных был направлен в Германию, в Дю́рен. Как ты думаешь, в качестве кого?
Зверев пожал плечами и закурил очередную сигарету.
– Понятия не имею!
– Как, кстати, твоя голова? Ты, помнится, жаловался.
– Побаливает периодически, а с каких пор ты стал печься о моем здоровье?
– Ну не особо я о нем пекусь, просто хочу, чтобы ты не упал в обморок.
– Давай, Юра, шутки оставим на потом. Итак, в качестве кого Зацепин был направлен в Германию?
– В качестве кандидата в курсанты для поступления в диверсионную школу «Lehrregiment Brandenburg»[4]!
Зверев отшатнулся и присвистнул.
– Чего-чего? «Бранденбург‐800»? Секретное подразделение Абвера?
Ткаченко ухмыльнулся и развел руками.
– Да, мой дорогой Паша. Прошло несколько месяцев с начала войны, и в это время немцам как никогда были нужны русскоязычные добровольцы, имеющие опыт службы в рядах Красной армии. По имеющимся у нас данным, Зацепин прошел обучение и после этого был переведен в Каунас, а уже в декабре сорок первого в составе разведывательной группы был направлен в Череповец для проведения диверсии.
Группа была разоблачена смершевцами и частично уничтожена. Твой Зацепин был осужден и получил четыре года лагерей, а в сорок шестом вернулся в Смоленск, где с тех пор работал грузчиком на овощной базе.
– И играл в команде «Труд», причем играл довольно результативно, – уточнил Зверев.
Ткаченко хлопнул себя по колену и встал.
– Курить бы тебе поменьше, Василич! Зеленый уже совсем стал от никотина… и щека дергается, точно стрелка сейсмографа у подножья вулкана.
– Отстань! – фыркнул Зверев, но окурок загасил и бросил в урну.
– Так что, помог я тебе в твоем расследовании? – уточнил Ткаченко.
– Пока еще непонятно. – Зверев тоже встал и, попрощавшись, направился в сторону сквера, где на обочине за рулем «дежурки» его ожидал читающий газету «Советский спорт» Игорек Сафронов.
Часть третья
Костин
Глава первая
Возвращаясь после очередного внепланового совещания у Корнева, продлившегося едва ли не до поздней ночи, Веня был бодр и строил грандиозные планы.
