Ну ты и ведьма!

– Шляпу я тебе давно пошила, метлу одолжу свою, правила разрешают, – заявила родительница.

– Спасибо. Ты тоже поспи.

– Угу, а кто проследит за украшением храма? А за приготовлением блюд на праздничный стол? Я не невеста, еще одна бессонная ночь мне не грозит.

Моим щекам стало жарко. Йенран… Как он там? Скоро его увижу.

Уже на крыльце мать не удержалась от ценных указаний:

– Моему зятю придется забыть о походах в Мертвый лес. Солидный маг, не холостой, дети скоро появятся – какие ему приключения? Ему бы еще должность магистра…

– Слушай, мам, – перебила я ее, – если тебе так хочется командовать целым магистром, выходи замуж за лорда Торвеолу!

Мать расхохоталась, но горько, зло.

– Торвеола давным-давно забыл, как меня зовут.

– И поэтому так и не женился? Он хранит твой портрет в кабинете, мам, считая, что ты погибла.

Мать пренебрежительно фыркнула.

– Великое дело – портрет! – Взяв меня за руку, коснулась браслета. – Артефакт Фам, определяющий родство, Ксантор нацепил?

Я кивнула.

– Так вышло, что я очень на тебя похожа, только глаза его.

– Видишь, он установил родство, стало быть, в курсе, что я жива. И что?

– И что? – повторила я, зачарованно наблюдая, как позади нее тает дымка маскировочных чар высшего порядка.

– И ничего! – в сердцах воскликнула мама и развела руками. – Была бы нужна, помнил бы меня, давно был бы здесь!

– Я здесь, – тихо произнес магистр Торвеола.

Мать застыла. Побледнела. Пригладила волосы и обернулась.

– Ксантор.

– Аларида.

Они смотрели друг на друга, как в народе говорят, «поедая глазами».

Сгустившееся напряжение можно было потрогать руками. И в такой особый момент я звонко чихнула.

– Простите, – пробормотала тихо и сделала первый шажок в сторону. – Не буду вам мешать.

И еще один шаг.

Они даже не заметили моих маневров.

– Ты бросила меня на болоте, Аларида, – обвинил отец мою мать. – Я проснулся, а тебя нет, только капли крови и лоскут твоего платья. Я неделю тебя искал, надеялся. Зачем ты со мной так?

Мать подбоченилась и упрямо вскинула подбородок.

– Я была вне закона. Ты тоже хотел стать изгоем, Ксантор?

– Да! Мы же все обговорили, Аларида. Быть вместе в горе и радости.

Горькая улыбка искривила бледные губы мамы.

– Как долго длилась бы радость? Маг из аристократического рода и ведьма-отступница с прозвищем Кровавая? Ты серьезно верил в наше общее будущее?

– Я верил тебе…

И столько боли в признании, что у меня выступили слезы на глазах. Еще одна пара, которая не смогла сберечь хрупкое счастье.