Ну, здравствуй, Герой!

Один тут же, едва чуть отдышавшись после подъёма, начал рапортовать Коменданту о выполненных согласно полученного сигнала мероприятиях.

Второй же, подбежал именно ко мне.

— Господин Авантюрист! Вестовой Джори. Докладываю: получена команда «Тревога. Нападение с Запада. Угроза воздушного нападения». Вам, согласно, боевого расчёта, предписано вооружиться и занять позицию на западной стене, в районе центрального луча, в том месте, которое вы сочтёте подходящим для вашего стиля ведения боя.

— То есть, прямо здесь? — решил уточнить я, не забыв бросить взгляда на Коменданта, всё так же веселящегося.

— Так точно, Господин Авантюрист! — вытянулся он.

— Ограничения по вводной? — ещё один момент уточнил у него я.

— Без ограничений, Господин Авантюрист! — прозвучал бодрый ответ, заставивший мои брови взлететь в удивлении.

— То есть, боевое оружие? Заряженное? Стрельба без команды?

— Так точно, Господин Авантюрист! — ответил вестовой. Я же повернулся к Коменданту.

— Серьёзно? — спросил у него недоверчиво я. — Без ограничений?

— Конечно! Иначе же и смысла никакого в тренировке нет! Иначе — это же не весело! — отозвался Полковник.

На выбеленных солнцем камнях брусчатки главного плаца форта, практически напротив центрального входа в здание Комендатуры, распластался мертвый семиметровый крылатый монстр. Уродливый, зубастый, темного окраса, с кожистыми крыльями и устрашающими когтями на концах этих крыльев.

Хотя, полностью рассмотреть и оценить внешний вид монстрика было достаточно проблематично: у него отсутствовала большая часть головы, начиная от середины черепа — последствие попадания разрывной «пули» E-ранга. Ещё одно такое последствие было в центре тела, в районе грудной клетки, там, где, по идее, располагается сердце. Но эту рану было не видно, так как находилась она на «нижней» стороне тела монстра, которая сейчас была обращена к земле, а сама рана не была сквозной.

Но то, что эта рана была, сомнений не вызывало, так как на это совершенно точно указывала лужа черной, пахнущей почему-то смесью уксуса с нефтепродуктами крови. Вторая лужа. Первая была в районе головы, и, понятное дело, натекла из целых остатков черепа твари.

— Нда уж, не красавец, — выдал многозначительно я, при этом, бессознательно подняв руку и почесав ей в своём затылке.