О да, профессор! (СИ)

 — Пустяк, разве нет?

— Угу, на кафедре среди бела дня. Все так делают.

— Никто не узнает, я же закрыла дверь.

— Это все меняет, конечно.

— Если ты думаешь, что после этого я напишу за тебя курсовую, то ты ошибаешься.

— Снова выставляете меня порочной расчетливой девкой, профессор?

— Ах да, прости. Ты невинна и почти святая. Забываю все время. Когда мой член у тебя во рту, память отшибает на раз-два.

Она тихо рассмеялась, обнимая меня, подставляя щеки поцелуям.

— Жаль нельзя пользоваться этой уловкой, когда ты проводишь опрос.

— Что угодно, лишь бы не учиться, — отчитал я ее. — Что за двоечница?

— Боже, вы такой нудный, Матвей Александрович, сил нет.

— Никаких, — подтвердил я и снова впился в ее губы.

Вспомнил, как Азаров зажимал ее у стены и шептал что-то на семинаре, и тут же потребовал:

— Не ходи никуда сегодня. Никаких клубов.

Она отстранилась и внимательно на меня посмотрела. Какого черта мне кажется, что она видит меня насквозь?

— С чего это? — вскинув бровь, спросила Марго.

Вот именно, «с чего это»? Пока я думал над ответом, она лукаво улыбнулась и сказала, наклонив голову:

— Все-таки напишешь курсовую за меня, если не пойду?

— Марго! — рявкнул я. — Это не смешно!

Она сделала шаг назад и пожала плечами.

— А я разве смеюсь? — Пригладила волосы, вытерла губы тыльной стороной ладони, подхватила с пола рюкзак и бросила холодно: — Скину вам на почту план через недельку. Всего доброго, профессор Мефистофель!

Щелкнув замком, Марго выскочила из кабинета, оставляя меня наедине с ревностью и полной растерянностью.

Ну вот что вы за человек, Матвей Александрович?

Вроде только-только улыбаться стал, презрительно-перекошенное выражение лица даже исчезло. Так ведь нет, сразу провел между нами черту. Вы, мол, Маргарита, губу не раскатывайте, но ваш первый минет в зачет не идет!

Да как вообще можно такое говорить сразу после?! Я старалась! А он даже в таком состоянии с глупой улыбкой на губах про курсовую ввернул. Все достижения перечеркнул, гад с опытом.

И чтобы я после этого никуда не пошла? Ага, щаз! Влетела домой и стала собираться так, как будто от того, какой я буду в клубе, зависела моя жизнь.

Скрабы, увлажняющие крема, маска для волос, маска для лица, ванночка для ногтей. После всего волосы аж скрипели, а кожа благоухала. Настал черед макияжа, и я воплотила на своем лице все лучшее, на что только была способна.