О да, профессор! (СИ)

Даже не скрывала этого.

— Нет. Меня бесят студенты.

— Это заметно. А почему ты ходишь в черном все время? Типа траур?

— Ха-ха-ха, как тонко, Марго. К слову я пью не ристретто, а американо. А черный мне просто идет. Вот и все.

— Ладно-ладно, — улыбнулась она, пригубив кофе.

Едва я отодвинул тарелку, Марго встала и вымыла свою и мою.

— Спасибо, хотя есть машинка.

— Мне несложно, — бросила она через плечо, — Ты готовишь, я мою. Все честно.

Я сидел и смотрел, как она протирает тарелки, ставит их в шкаф, вставая на носочки.

Невозможно было не любоваться ею. Казалась бы, обычная девчонка, обычная возня, но у меня опять стоял и руки так и тянулись к вырезу халата. Я уже собрался уступить своим желаниям, как из комнаты зазвонил ее телефон. Марго, похоже, узнала по мелодии, кто звонит.

— Ох, это мама, прости, — выпалила она и убежала.

Я слышал, как она говорит с матерью, но почти сразу зазвонил и мой мобильный. Андрей. Твою ж…

— Да? — выпалил я отрывисто.

— Матвей, ты что творишь? — сразу начал орать Бруштейн.

 — Какого дьявола я узнаю, что ты был вчера в клубе?

— Заскочил поесть, — соврал я первое, что пришло на ум.

— В ночной клуб?! Заливай! А Марианна?

— Она там была с тобой!

— Она была там сама по себе, Андрей! И вообще, ты что, следишь за мной? — лучшая защита — нападение.

— Мне делать нечего, что ли?

Я прикидывался дураком очень удачно.

— Слушай, Тойфель, — вскипел Бруштейн. — Мы договорились, между прочим. Никаких баб, никаких клубов. Работай уже. Где мой синопсис?

— Не будет никаких синопсисов, Андрей! — выпалил я зло.

 — Пришлю книгу целиком. Уже пишу.

Молчание на том конце провода свидетельствовало о замешательстве моего редактора.

— Академка на фоне постаппокалипсиса.

— Академка, Андрей. Ну знаешь, ведьма-самоучка, счастливый случай, она идет учиться, а там властный ректор.

Молчание на том конце трубки.

— Ты меня разыгрываешь?

— Все, хватит. Мне писать надо. Я уехал из клуба через час и без Марианны, если ты хотел знать. Все, пока, — отделался я от надоевшего приятеля и в раздражении швырнул телефон на стол чуть сильнее, чем стоило.

— Проблемы? — пискнула Марго, стоя в дверях кухни.

Давно она тут? Что слышала?

Совесть и страх накатили душной волной одновременно. Я не имел права с ней спать, но и отказаться уже не мог. Не было сил оттолкнуть эту растрепанную юную красоту. Она хочет меня. Только от этого знания я теряю разум. А когда прикасаюсь…

— Иди сюда, — позвал я ее.

Даже приказал. Резко.