О да, профессор! (СИ)

Кто бы мог подумать, да?

Я с улыбкой коснулась еще плоского живота. Да-да, моя крошка, мама тоже хочет тех вишневых пончиков и малиновый чай. Ох, и кренделей с кунжутом. И яблоко. Я же правильная девочка, пусть и замужем за собственным профессором, который почти на десять лет меня старше.

Сложнее всего пришлось моим родителям.

Но я тоже молодец, никак их не подготовила. Прямо с самолета, на который я и потратила свою «северную» зарплату, я помчалась на презентацию книги Матвея, а после — через часов пять, когда мы наконец-то насытились друг другом, — сразу привела к родителям.

У них был двойной шок. Дочь, которая должна быть на Севере, оказывается на пороге, под ручку с женихом, у которого прямо-таки до неприличия счастливый вид. Так что просто нет шансов не догадаться, чем мы занимались все время после встречи.

Даже когда мой отец отчитывал Матвея, тот не переставал улыбаться. Так что папа в какой-то момент просто махнул на него рукой, мол, что с него с дурочка взять, и с тоской в голосе спросил:

Я была уверена, и осенью мы поженились.

К тому времени, я уже числилась студенткой второго курса журфака, а Матвей — завязал с преподаванием, но сплетников это не остановило. Да и плевать. Профессор в моей постели никак не повлиял на мою учебу и помогал, исключительно когда я сама просила у него помощи. Да и тогда Матвей никогда не давал мне «рыбу», всегда только «удочку».

После пончиков настроение значительно улучшилось. Я знала, расписание Матвея на сегодня и не зря позвонила именно сейчас.

В это время он должен был быть уже в театре, куда его позвали консультантом новой постановки, зная его страсть к «Фаусту». Туда я и направилась, предварительно завернув домой. Матвея уже не было, так что можно было ни за что не переживать. Черновики так и остались на столе, судя по всему, профессор так и просидел до выхода, уставившись в пустоту, переваривая мою новость.

Усмехнувшись, я вызвала такси, чтобы не терять время даром, и уже через полчаса вышла у театра. Вахтеру у черного входа представилась консультантом, с три короба наплела про «Фауста» и про профессора Тойфеля, так что ему ничего не оставалось, кроме как пропустить меня.

Миновала лестничные пролеты и вышла к гримеркам. Оттуда, поймав мальчика с реквизитом, спросила, как пройти в зрительский зал, поскольку выход из гримерок, предсказуемо, вел на сцену.