Вот и приятный вечер в компании единственной подруги…
Пока быстро полоскалась в душе, смывая запах магазина, мысленно пыталась предположить, что такого могло у неё случиться? С родственниками беда? Работу потеряла? Обокрали? Кошка заболела?
Могла бы и сама приехать, на машине как-никак… Может, с машиной как раз что стряслось? Тьфу, ну хоть бы намекнула, что там у неё такое…
Вызвала такси, по дороге всё-таки попросила водителя ненадолго остановиться возле магазина и купила коробочку эклеров… Ну чего, спрашивается, на голодный желудок сопли глотать?
Алиска открыла дверь с таким видом, что сразу стало понятно — случилось что-то непоправимое… Опухшие глаза, зарёванное лицо, в растрёпанных немытых волосах с трудом угадывается шикарная рыжая грива… Страх и паника поднялись тошнотворной волной в груди, и я, бросив сумку и пакет на пороге, обняла подругу…
— Алис, ну что? Что случилось?! Не молчи уже, ну! — я тряхнула её за плечи, всматриваясь в покрасневшие от полопавшихся капилляров белки глаз.
Господи, ведь ей уже тоже не двадцать, и сейчас она выглядит именно на свой возраст…
— Пошли… — Алиса потянула меня за рукав на кухню, вытирая слёзы.
— Садись…
Я послушно села, не спуская глаз с подруги. Сердце обливалось кровью от жалости к ней…
— Вот…
Она с жалобным вздохом положила передо мной на стол крошечный белый прямоугольничек.
Я несколько секунд тупо смотрела на обычный тест на беременность, показывающий две полоски…
Подняла глаза на Алису…
Совершенно по-идиотски ляпнула хриплым голосом:
— Ты что, беременна?
Та плюхнулась на стул и закрыла лицо ладонями.
— Это просто немыслимо, Ирка… Как такое могло случиться? — она с мученическим видом сложила локти на столе, глядя на меня так, будто я могу что-то изменить. — Я просто не понимаю…
Я почему-то разозлилась. Чего она воет тут, словно у неё вся жизнь под откос пошла?! Хотя да, наверное, отчасти так и есть, если подумать…
— Чего не понимаешь, Алис? Откуда дети берутся? — я сердито зыркнула на неё. — Мне больше странно, что ты только сейчас залетела…
Алиска проигнорировала мой тон.
Зашептала скороговоркой:
— Ирочка, что мне делать, а?! Я же не могу рожать… И на аборт не могу… Ещё месяц назад смогла бы, наверное, а сейчас не могу почему-то… Старая, наверное, совсем стала…
Я неожиданно улыбнулась про себя… Всё она уже сама решила. Ей не совет нужен, а уверенность в том, что она поступает правильно…
— Алис, а почему рожать-то не можешь?
— Да потому! Не могу и всё! — она снова заплакала.
