Об исполнении доложить

Двадцать третьего вечером из Светловской райбольницы, продолжавшей работать и в первые дни оккупации, был изъят весь архив.

Двадцать четвертого октября Пряхина вновь вызвали в немецкую контрразведку, действовавшую под видом комендатуры. Показали одну из восемнадцати фотографий Чухлая, сделанных капитаном Копейкой во время вскрытия тела судмедэкспертом. «Работая в группе «Дон», вы с этим человеком не встречались?» — «Нет, не встречался».

До двадцать девятого октября о Надежде не было ни слуху ни духу.

Показали ее Пряхину для опознания — и все, как в воду канула. Яковлев с Истоминым начали серьезно беспокоиться: уж не пронюхала ли чего немецкая контрразведка?

Но вот Надежда появилась у тети Даши и рассказала подробно, что же с нею приключилось. Вначале ее допрашивал «толстомордый гитлер», потом другой: очень симпатичный, интеллигентный, с большими серыми глазами, лет под сорок. Бородатый. Он интересовался подробностями ее интимной жизни, особенно ее отношениями с Чухлаем.

Расспрашивал о Лене Соловье, о Савоне Илларионовиче. Ездил вместе с нею на Александровское кладбище, где был похоронен сын Надежды. За могилой сына она ухаживала постоянно. Вид могилы произвел на немца благоприятное впечатление.

— Вы умеете чтить память тех, кого любили.

Вежливый немец беседовал со многими жителями Александровки. Он охотно слушал все, что ему могли рассказать о Сугонюках: когда и как они поженились, как относились друг к другу, сколь старательно трудились в колхозе, что у них было в личном хозяйстве.

Он приказал старосте «найти и вернуть законному владельцу все имущество, разворованное большевиками». Немецкий контрразведчик долго и тщательно изучал фотоальбом Сугонюков, в который, по моему совету, Надежда вложила две старенькие фотографии Чухлая. Они сохранились в нашем архиве с 1922 года. Пришлось пожертвовать оригиналами, оставив себе копии.

Должно быть, собрав о Надежде нужные ему сведения, немецкий контрразведчик прямо предложил ей сотрудничать с ним.

«Вы женщина смелая и находчивая. И я бы хотел, чтобы вы помогли мне побыть в Чертопхаевке — в родном селе бывшего вашего возлюбленного. Если все минет благополучно, вы станете не просто обеспеченным человеком, но и уважаемым». Гитлеровский контрразведчик изображал бывшего адъютанта полковника Чухлая, старшего лейтенанта, раненного в ногу, который следует домой в сопровождении медсестры. Надежду одели медсестрой.