Об исполнении доложить

— Седой, а туда же… Сказано — фриц!

Сознаюсь, при виде топора в ее жилистых руках мне стало не по себе. На всякий случай я на полшага отступил назад. Она заметила мое замешательство и, явно торжествуя, взвесила топор в руке, будто примерялась к нему, а потом протянула его мне.

— Открывай свою фотографию.

Я попытался открыть заколоченную парадную дверь, а старуха стояла и явно насмехалась над моей беспомощностью.

— Не жалей ее, руби, руби, — приговаривала она.

И только потом я понял, в чем дело: парадная оказалась заколоченной досками снаружи, а я ломился из коридора.

Старуха молчала.

Спали мы, натянув на себя все тряпки, какие только были у нас.

На следующий день проведать, как устроился фотограф, пришел Истомин вместе с двумя полицейскими. Их он тут же отослал, приказав организовать топливо и постели.

Виталий сообщил, что Леша Соловей принес новые сведения. Лунев прибыл благополучно. Сомов улетел с ранеными. Караулов остался, считает, что дела у него пошли на поправку. Доизбран подпольный райком.

Вместо Сомова первым секретарем выбран Караулов, вторым, по рекомендации Сомова, — капитан Щепкин, который временно стал командиром отряда, третьим секретарем избрали Конева — начальника штаба. Решено создать подпольный райком комсомола. На должность секретаря определен Леша Соловей.

Что можно сказать о новом составе подпольного райкома партии? Изменения в нем вызваны крайней необходимостью. Караулов — человек проверенный, надежный. Конев? Из местных. Отличный в прошлом производственник.

Показал себя с хорошей стороны в отряде Караулова. Из вожаков, умеет повести за собой людей. Но есть в его биографии, с точки зрения контрразведки, одно обстоятельство, не поддающееся проверке: отряд Лысака погиб, а он один остался в живых. Причина правдоподобная: его послали с донесением. Но это с его слов. Подтвердить их некому.

Впрочем, это обстоятельство не должно лишать инициативного коммуниста всеобщего доверия.

Самым неизвестным для меня был Щепкин. Объективные данные хорошие.

Надо их проверить.

Я чуточку подосадовал о другом:

— Что-то затерли там Никитина. Будь моя воля, я бы первым секретарем подпольного райкома избрал именно его, а не Караулова.

Перед отбытием из Москвы в Ростов я познакомился с личным делом корреспондента «Правды» Ярослава Игнатьевича Никитина. Он был командирован в Молдавию, где его и застала война. Побывал там в окружении. Вышел, написал очерк о партизанской войне на дорогах в тылу врага.