Онлайн-библиотека книг
, а во-вторых, хозяйка с большой гордостью демонстрировала мне свои украшения, которые стала приобретать, достигнув благополучия.
– Вон смотри, красота какая, – радовалась она, тыча мне под нос уродливые куски золота с выступающими булыжниками. – В Египте брала, а эти в Тунисе…
Но пара, оказавшаяся у Жанны, явно сделана не трудолюбивыми арабскими ремесленниками. Интересно, как эти вещи попали к Борису Львовичу? Наверное, он очень любил девушку, если подарил ей эти штучки.
– Борька говорил: от матери остались, – пояснил Никита, – она у него вроде из княжеского рода, Евдокия Вяземская, а бабка была Екатериной.
Понятно, решили вытрясти мужика под завязку.
– Ну-ка, рассказывай быстро, какие отношения были у вас с остальными гостями?
Никита поморщился:
– Зюку эту терпеть не могу. Жанка ее тоже недолюбливала. Валерия в «Искусствфонде» работает, путевки там на отдых выдает.
Мужик, похожий на генерала Лебедя, хозяин художественного салона? Грубиян, таскающий в кармане вечернего костюма пистолет? Вот уж никогда бы не подумала!
Никита замолчал и начал размазывать пальцем по столу небольшую кофейную лужу.
– Ну, – поторопила я, – а Андрей Корчагин, муж Валерии?
«Информатор» нахмурился.
– Ну!
– Дюша-индюша, – пробормотал Никита.
– Что?
– Его Жанка так звала – Дюша-индюша.
– Вы его тоже «пощипали»?
Парень кивнул.
– Только он очень противный, Жанка рядом с ним всего две недели выдержала. Почему Лерка его терпит, удивляюсь. Жадный, злой, с деньгами, как с жизнью, расстается. А ведь есть копеечка, есть, и не маленькая! Валеркин папа знаете кто?
Я молча смотрела на Никиту.
– Очень богатый человек!
– И кто же?
– Не знаю, слышал только, что денег у мужика как тараканов, всех не перевести ни в жизнь.
– И сколько?
– Десять тысяч!
– Нормальная сумма, между прочим, вполне приличные «Жигули» две тысячи стоят.
– Так то долларов! А он дал российскими…
– Рублями?
– Ага, а потом заныл: режьте, бейте, ни копейки нет.
