Объект 217

Рядом со своими участками строители возводили и жилищные времянки, навесы, оборудовали полевые кухни, летние душевые кабинки. Все должно было быть рядом, под рукой. Никто никуда не отлучается. Лимит времени и впрямь определялся как жесточайший.

Груня и Варя, подсовывая колья под бревно, перекатывали его к ручью, через который возводился мосток. До цели оставалось каких-то пять-семь метров, и за ними их ждала долгожданная тень от навеса. Но силы иссякли, и когда в очередной раз кол заскользил по бревну, Варя не удержалась и упала.

Присела рядом и Груня.

– Вот и узнали, как устают две собаки сразу, – облизывая сухие губы, проговорила она. – Передохнем.

Подула на мозоли, остужая их черные от запекшейся крови подушечки. Показалась Стеша, несущая в подоле чумазой тельняшки камни. Она нашла силы донести их до берега, наклонилась высыпать, да так и застыла, схватившись за поясницу. В таком положении подняла одну из листовок, выброшенных из самолета. И хотя существовал на стройке негласный запрет на их сбор и чтение, принялась декламировать:

Девочки-мадамочки, Не ройте ваши ямочки.

Ознакомившись с немецкой поэзией, уже согласно инструкции особистов смяла листок, хлопнула себя по заду:

– А вы сначала доедьте. А то ишь – шустрые.

Удар словно помог разогнуть натруженную спину, и Стеша блаженно потянулась:

– О, русскую бабу, наверное, и впрямь можно выпрямить, лишь похлопав по заду. А кто это там едет в гости в коробчонке?

По уложенному пути толкала дрезину баба Лялюшка.

– Ты откуда появился весь такой бесплатный? – удивилась та, оглядевшись: может, еще кто на подходе?

– Бежал. Вижу, помощь нужна, – не моргнув глазом, преподнес себя заботливым и милосердным Семка.

Баба Лялюшка снисходительно посмотрела на щуплую фигурку парня, освободила рядом местечко для добровольного помощника:

– Ладно, хоть покряхтишь за меня.

Остановила скорую железнодорожную помощь, когда навстречу выбежали девчата из бригады. Издалека успокоив их взмахом руки, присела рядом с Зорей, погладила волосы виновато улыбающейся крестнице. Пояснила для всех, обступивших дрезину:

– Я думала, что она хоть в полосочку дура, а оказалась – полная. Рельс потащила. Убила бы, если б не растила, – прижала голову девушки к груди.