— С ними как? Был кто-нибудь здорово сердит на Гумбанова?
— Нет, — не сразу ответила Ната, — в работе он молодец. Может, конечно, сорваться, заорать. Но на это внимания люди не обращают, ясно же, фронтмен вопит от усталости, перенапряга. Крис во время концертов всегда своих в глазах зрителей поднимает. Закончит песню и кричит: «Ура нашему басу! Его гитара супер». Вызывает гримера: «Верка, брось кисти! Шкандыбай сюда. Вот она, та, что из кошки драной принцессу сделает. Гений макияжа! Ура Верке!» Никого не забывал, каждый, даже Толя, который грузчиками рулит, своим куском славы насладился.
Так себя никто не ведет. Остальные знаменитости лабухов не назовут, не то что костюмера. Крис в этом плане умница. Поэтому ему припадки злобы прощают. Меня Гумбанов несколько раз по разным адресам посылал. Но признаюсь, Крис мне нравится больше всегда вежливой, улыбчивой Лавровой.
— Почему? — спросил Димон.
Ната взяла из рук Коробкова чашку с кофе."
"— У одного моего знакомого живет питбуль Гаврик. Воспитанный пес. Дома не гадит, со стола не ворует.
К людям толерантен. Но кое-кто из гостей ему сразу по его собачьей душе не приходится. Гаврик усаживается около этого человека, смотрит ему в лицо, виляет хвостом, типа он в восторге от гостя. А когда последний, решив, что собака его полюбила, протягивает руку, чтобы погладить «чудесного песика», тот молча, с улыбочкой, кусает его пальцы. Анна себя так же вела. В лицо скажет массу комплиментов, потом зарулит к Никите и потребует: «Немедленно уволь крысу». И летит человек фанерой над Москвой.
На мой взгляд, лучше честная истерика, вопли, драка, как у Криса, чем вежливость Ани. От Гумбанова знаешь чего ждать, а с Лавровой непонятно.
— Я слышала другое, — возразила я. — Лаврова прямо в глаза заявляла сотруднику о его косяках. Интриг не затевала. С фанатами была мать родная.
Ната положила в кофе сахар.
— Насчет последнего не спорю, со зрителями она была персиком в сахарной глазури, обсыпанным шоколадной стружкой. Все для них. Музыкантов она на раз-два выгоняла, как, впрочем, гримера и другую обслугу.
Я о личных отношениях. Аня выбирала из коллектива конфидента, заводила с ним дружбу, обожала. Потом раз, и этого человека выставляли на улицу.
— Кто, на ваш взгляд, особенно не любит Анну? — спросила я. — Может, с ней какие-то скандалы связаны, о которых широкие массы не слышали?
— Да ее все члены коллектива тихо ненавидят, — поморщилась Ната, — но боятся что-то дурное ей сделать. Никита узнает, и мало никому не покажется.
