Обережник

«Если она врёт, то актриса из неё вышла бы гениальная», – решил Молодцов.

– Да вот, чуть не убили средь бела дня на людях.

– Ой, не крути, солнышко, не делай вид, что не понимаешь.

– Ты чего, Молодец? – Улада и в самом деле выглядела испуганной, скрестила руки на груди.

– Ты чего, солнышко? Ужель боишься меня, думаешь, бить буду? – елейным голосом спросил Данила. – Да как же можно такую красу – и бить? Ни в коем случае. Я просто напомню тебе, ненаглядная, о чём мы говорили в прошлый раз перед моим уходом? По твоим чудным глазкам вижу: помнишь.

– Что ты говоришь, милый, я никому ничего не сказала.

Улада хотела обнять Данилу, но он не позволил.

– Как скажешь, солнышко. Только помни: слух может пойти, что в таком-то доме послухи обитают, вести тайные по городу разносят. Глядишь, и перестанут сюда ходить люди честные.

Молодцов повернулся к двери, Улада его остановила:

– Послушай, Даниил, Мокошью клянусь, пусть у меня вся женская сила уйдёт, но никому ничего про твои слова я не говорила.

Молодцов заглянул в тёмно-карие, с зелёной окантовкой глаза и поверил.

– Да?.. Хм, ну теперь, пожалуй, верю. Только кто же меня убить хотел?

– Я ж откуда знаю, Молодец.

– А ты узнай, – предложил Данила. – Ты девушка умная, всех тут знаешь. Было четверо татей, звали их Осмысл, Гостята, Нежил и Мороз. Живут на плотницких улицах, двое первых пропали куда-то, после того как убить меня хотели.

– Что я, по-твоему, каждого плотника во всех концах знаю? – обиделась Улада.

– Знаешь не знаешь, но узнать сможешь. Ты умная, справишься. Я не такой, как здешние мужчины, я знаю, что умная женщина на многое способна. Ну и в долгу за услугу не останусь.

Улада вдруг лукаво посмотрела, улыбнулась и стала развязывать ремешок, подпоясывающий талию.

– Эй, ты чего? – спросил Молодцов.

– Как чего? Серебро за меня заплатил и уйти просто хочешь? Не выйдет, да и вдруг заподозрят чего.

Улада задрала подол рубахи, обжив молочного цвета живот, а затем и всё, что выше. Одно мгновение – и на ней уже нет одежды, нижнего белья в этом мире не предусмотрено.

– Ну что, это она? – спросил Шибрида у Молодцова.

Двое охранников ждали его в холле борделя, оба весёлые и довольные.

– Нет, – махнул головой Данила.

– Точно? – переспросил Будим.

– Точно, не беспокойся, не зачаровала она меня. Зато обещала помочь.