Обережник

Позади раздался волчий вой.

«Подмога!» – в последней надежде подумал Даниил.

Однако на этот вой не менее грозно отозвались варяги из крепости. Выходит, это ребята принципиального Ингельда пошли на штурм.

– Полезли! – прокричал Клек, который, рискуя получить стрелу, всё равно продолжил наблюдать за полем боя.

Приказчики шумаром бросились к камням и колодам, сложенным на забороле, стали швырять за частокол, даже не поднимаясь над гребнем.

– Встали, – прорычал варяг.

Трое воинов распрямились, тут же приняли порцию стрел на щиты.

Данила глянул вниз – в выбитой вчера колее викинги умудрились поставить на клинья короткую лестницу. Ах, хитрые твари, приставили под самый край гребня – чтобы столкнуть лестницу, надо было высунуться из-за ограды.

По лестнице карабкался здоровенный викинг с чёрной от сажи бородой и перекошенной от гнева мордой. Молодцов поймал себя на мысли, что впервые за всё время осады видит противника так близко. И хорошо, наверное, что рожа у викинга была реально страшной.

Ещё двое нападавших оказались вне поля зрения, лишь мелькали обухи секир – эти уроды, похоже, частокол рубить вздумали! И ещё пара викингов караулила у деревянного щита с сулицами наготове.

Первое копьё Клека полетело именно в них, а потом он с напарниками накинулся на викинга, что лез на частокол.

Северный разбойник, стоя на неверной опоре, умудрялся отбиваться секирой и щитом сразу на три стороны. Данила, прикрываясь щитом от стрел, бил его длинным копьём, но викинг будто знал, когда последует удар, и парировал древком секиры нарочито небрежно.

А сам всё время, ублюдок такой, пялился на Клека, который пытался достать его топором.

Молодцов вытянулся в длинном выпаде, почти достал недруга, но «почти» в бою не считается. Боковым зрением он засёк викинга, замахивавшегося копьём, выбросил щит навстречу летящей смерти. Повезло. Удар, боль в руке от костяшек пальцев до самого плеча. Копьё летит в сторону, а рука продолжает ныть – значит, чувствительность не пропала и можно биться дальше. Ещё одна сулица прошила щит рядом с кожаным окантовьем, вылетела насквозь, не причинив вреда.

– Ха! – крик Клека привлёк к себе внимание.

Он всё-таки умудрился прижать секиру викинга к частоколу. Данила не упустил шанс и нанёс лучший укол копьём, на который только был способен. Но и тут северный разбойник не сплоховал, извернулся, стоя на лестнице, так, что железко копья вонзилось не в подмышку, а проехалось вскользь по боку, распоров кольчугу и оставив длинную рану.